Вы вошли как Гость |
Группа "Гости"
Главная | Мой профиль | Выход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Размышления » Пост с молитвой сердце отогреет... » КРАСОТА РУССКОГО РОЖДЕСТВА (03.01.2017. журнал "Русский мир")
КРАСОТА РУССКОГО РОЖДЕСТВА
Валентина_КочероваДата: Вторник, 03 Янв 2017, 16:10 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 5142
Статус: Online
Красота русского Рождества



Зима в России – время радостных праздников. Рождество и Святочная неделя – до Крещения – пожалуй, самые яркие и радостные зимние дни. Как отмечали эти любимые в народе праздники на Руси?

Русские города – благодаря Петру и его указам – к Рождеству превращались в леса – от обилия ёлок, которые свозили на продажу. Между ёлками, засыпанными снегом, сновали продавцы горячего сбитня, магазины были украшены фонарями, мишурой, ёлочными игрушками и рождественскими открытками, на рынки тянулись обозы с мороженой птицей и свининой – кончался Рождественский пост, улицы украшались праздничной иллюминацией. А в деревне никакой суеты не было. Она встречала Рождество по-своему, без оглядки на модную городскую суету – а как было заведено встарь.

Вертеп

Рождество и Святки в народном календаре – дни особенные. Гадания, традиционные забавы, обрядовая еда, масса примет, связанных с этими святыми днями, – всё это тянулось из глубины веков и продолжало существовать вплоть до начала ХХ века. Но если Масленица могла праздноваться и в СССР как элемент народных гуляний, то изъять христианскую составляющую из Святочной недели было невозможно. Рождественские традиции оказались под жёстким запретом – как религиозная пропаганда. Такому же остракизму со стороны новой власти подверглась и новогодняя ёлка, но её через некоторое время «помиловали». А вот вернуть Рождество было немыслимо.

Святки остались странными днями, когда почему-то «девушки гадали», но глубокий смысл этого светлого времени, его течение и внутренняя философия были под запретом – и, увы, во многом оказались утраченными. Прервалась традиция народных славословий, колядок; не встретишь уже и вертепов – разве только у фольклористов и реконструкторов, заботливо сохраняющих память о прошлом.

А ведь вертепы существовали в России примерно с XVI–XVII века. Их принесли к нам, как считают учёные, студенты Киевской семинарии, и постепенно традиция кукольных мистерий стала неотъемлемой частью русского народного благочестия – от Могилевской губернии до самой Сибири. Удивительный сплав казалось бы несоединимых традиций – архаические обряды, посвящённые плодородию, и учительная христианская литература, народные песенки и школярская «учёная» поэзия, разгул бесстыдного карнавала – и сакральная история, переживаемая во всей полноте участниками действа, – всё это было в народном театре, в вертепе.



Само слово «вертеп» на церковнославянском означает пещеру, именно в ней скрывалось Святое семейство от воинов Ирода. Постепенно слово «вертеп», как это часто бывает в языке, изменило смысл и стало означать приют разбойников, место, где ничего хорошего с тобой не произойдёт. Примерно таким же образом иронически переосмыслили в России «злачное место» – а ведь в псалмах оно всего лишь означало хорошее пастбище, куда Господь, Добрый Пастырь, ведёт Своих овец.

В ряде церквей делают небольшой шалашик – вертеп – из еловых ветвей, а под их сень ставят икону Рождества или Богородицы с Младенцем, и тогда любой, приходящий в церковь на поклонение, как бы стоит у входа в тот самый вертеп, вместе с пастухами и волхвами.

Но настоящий вертеп был довольно сложной конструкцией. Большой деревянный ящик с закрывающимися дверцами и прорезями, входами и выходами, был разделён на два яруса. Прорези имели важный смысл: благодаря им куклы перемещались, могли входить и уходить через боковые дверцы.

Часто вертеп делали в форме храма или красивого домика. Верхняя часть представляла хлев, где родился Христос, там ставились маленькие ясли – или иногда в глубине вешали люльку. На самый верх крепилась Вифлеемская звезда, в неё вставляли свечку – и она действительно сияла.



Внизу, на первом ярусе, происходило основное действо – там был нижний, грешный мир, там стоял трон царя Ирода, там совершались все Иродовы злодеяния. Внизу, как подразумевалось, находилось Пекло, оттуда выскакивали страшные черти, утаскивая за собой жертвы.

Кукол резали из дерева, раскрашивали, обряжали в яркие костюмы, чтобы всем было видно, прикрепляли к специальным держалкам, входящим в прорези, как в паз, – и фигурки могли скользить по ярусу.

Вообще вертеп должен был выглядеть пёстро и богато – его украшали фольгой, оклеивали картинками, бусами, расписывали орнаментами, рисовали ангелов, а верхний ярус старались выклеивать голубой либо белой тканью – как будто небо.

Набор кукол был примерно определён: для первой части – мистерии – Святое семейство, Ангел, Три волхва, Пастухи, Старая баба Рахиль, Смерть, Царь Ирод, его Воины и Чёрт. Это были необходимые персонажи мистерии. Иногда присутствовала Иродиада, но в сущности, без неё можно было обойтись. Также в хозяйстве были Цыган, Цыганка, Лошадь, Казак, Еврей и Еврейка, Кавалер и Дама и т. д. в зависимости от запасливости и мастеровитости кукольника, хозяина вертепа. Эти куклы нужны были для второй части представления, профанной.

Семинаристы, естественно, знали наизусть все церковные песнопения и красиво их исполняли (не умеющему петь дорога в попы была закрыта), могли, к уважению селян, говорит «по-учёному» и рассказывали историю Рождества как по-писаному. В деревнях это ценили. А кукольник, хозяин вертепа, добавлял в древнюю священную историю соли и перца, изменял голоса, говоря за разных кукол, и на этом пересечении грубого бурлеска, почти фарса, и священной почитаемой истории и зарождался настоящий народный вертеп.

Иногда ящик возили в санках по деревне – в сопровождении толпы ребятишек со звездой – и давали представление в каждом доме, где хозяева были не против (особый обрядовый переговор с хозяином входил в ритуал колядования). Иногда вертеп устанавливали стационарно, и тогда вся деревня собиралась, чтобы посмотреть кукольный спектакль. Выходил Пономарь, зажигал свечи – и представление начиналось.

Само вертепное действо было довольно разнообразным, так что вертепник мог варьировать те или иные эпизоды на свой вкус. Но вначале представление шло в верхнем ярусе. Загорались свечки, к пещере «выходили» деревянные ангелы, читались рождественские «рацеи» – стихи, а сопровождающие вертеп музыканты или певчие распевали колядки, описывающие рождение Спасителя, вроде следующей:

Нова радость настала, яко не бывало:
Над вертепом звезда ясна светом возсияла.
Где Христос родился, от Девы воплотился,
Как Человек, пеленами у Бога повился.


Но, конечно, далеко не в каждое село приходили кукольники с вертепом, и не всегда у жителей деревень хватало задора, сил и умения своими силами «представить камедь». Репетиции должны были начинаться с октября месяца, чтобы успеть до Святок, да и режиссера, имеющего свой экземпляр текста, не всегда можно было сыскать.

Колядки



Зато оставались самые древние и наиболее простые способы почтить святое Рождество: колядники ходили по деревне, нарядившись в ангелов, «персидских царей» (на головах бумажные короны, на плечах эполеты из соломы), нося с собой цветной фонарь на палке – или бумажную или фанерную звезду со свечой внутри. Они останавливались под окнами и хором пели колядки, славя Младенца, Богородицу, призывая на хозяина дома и его семейство божье благословение.



Колядовали и взрослые, и дети, но разными группами – стараясь не пересекаться. Считалось, что чем больше колядовщиков пожелают семейству добра и удачи, тем лучше. Все полученные дары – съестное, сладости, монетки, а если «славить» приходили взрослые, то и крепкие напитки – складывались в общий мешок, а по окончанию колядований дружно съедались.

Колядки бывали разные. При исполнении «христославных» колядок всё было достаточно чинно, а вот «посевные» колядки напоминали о древних языческих обрядах, где обыгрывались именно мотивы плодородия, чадородия, избытка и изобилия. Ряженые изображали коз, медведей или «старух» – переодеваться в женское платье было беспроигрышным комическим ходом. Вели они себя при этом вольно, надевали маски («хари» или «личины»), пачкали лица в золе, муке, сыпали срамными шутками, из репы и брюквы вырезали огромные зубы, пародируя мертвецов. Те, кто надевал «личины», должен был в Крещение непременно окунуться в крестообразную прорубь – «иордань» и смыть с себя этот грех.

Вот как описывает «славление» и живой вертеп настоящий певец Руси – Иван Шмелев:

«Топотом шумят в передней. Мальчишки, славить… Все мои друзья: сапожниковы, скорнячата. Впереди Зола, тощий, кривой сапожник, очень злой, выщипывает за вихры мальчишек. Но сегодня добрый. Всегда он водит "славить". Мишка Драп несёт звезду на палке - картонный домик: светятся окошки из бумажек, пунцовые и золотые, - свечка там. Мальчишки шмыгают носами, пахнут снегом. «Волхи же со Звездою питушествуют! - весело говорит Зола. – Волхов приючайте, Святое стречайте, пришло Рождество, начинаем торжество! С нами Звезда идёт, молитву поёт...»

Он взмахивает черным пальцем, и начинают хором:
– Рождество Твое. Христе Бо-же наш...

Совсем не похоже на Звезду, но все равно. Мишка Драп машет домиком, показывает, как Звезда кланяется Солнцу Правды. Васька, мой друг, сапожник, несет огромную розу из бумаги и всё на нее смотрит. Мальчишка портного Плешкин в золотой короне, с картонным мечом серебряным.

– Это у нас будет царь Кастинкин, который царю Ироду голову отсекает! – говорит Зола. – Сейчас будет святое приставление! – Он схватывает Драпа за голову и устанавливает, как стул. – А кузнечонок у нас царь Ирод будет!

Зола схватывает вымазанного сажей кузнечонка и ставит на другую сторону. Под губой кузнечонка привешен красный язык из кожи, на голове зелёный колпак со звёздами.

– Подымай меч выше! – кричит Зола. – А ты, Степка, зубы оскаль страшней! Это я от бабушки ещё знаю, от старины!

Плешкин взмахивает мечом. Кузнечонок страшно ворочает глазами и скалит зубы. И все начинают хором:

– Приходили вол-хи, Приносили бол-хи, Приходили вол-хари, Приносили бол-хари. Ирод ты Ирод, чего ты родился, чего не хрестился, я царь Ка-стинкин, Маладенца люблю, тебе голову срублю!

Плешкин хватает черного Ирода за горло, ударяет мечом по шее, и Ирод падает, как мешок. Драп машет над ним домиком. Васька подает царю Кастинкину розу. Зола говорит скороговоркой:

– Издох царь Ирод поганой смертью, а мы Христа славим-носим, у хозяев ничего не просим, а чего накладут – не бросим!

Им дают желтый бумажный рублик и по пирогу с ливером, а Золе подносят и зеленый стаканчик водки. Он утирается седой бородкой и обещает зайти вечерком спеть про Ирода "подлинней", но никогда почему-то не приходит».


После Революции традиция колядования была пресечена – и увы – так и не возродилась. Теперь колядки можно услышать или на театрализированных псевдонародных гуляниях, или на концертах музыкальных подвижников – собирающих народные песни и обряды по крупицам и бережно сохраняющих то, что чудом удается отыскать.

В Сети множество сайтов предлагает «настоящие русские колядки», но на поверку большинство таких текстов ¬– более или менее аккуратные подделки «под народное», расхожие стандартные поздравления с новогодних открыток.

Нам остается учиться подлинному русскому фольклору у тех, кого считают истинными звездами фольклористики, – ансамбля «Сирин», Сергея Старостина, народной певицы Лукерьи Андреевны Кошелевой… И опять возвращаться к русской классической литературе, запечатлевшей для нас всю красоту русского Рождества.

«Снег синий, крепкий, попискивает тонко-тонко. По улице – сугробы, горы. В окошках розовые огоньки лампадок. А воздух… – синий, серебрится пылью, дымный, звездный. Сады дымятся. Березы – белые виденья. Спят в них галки. Огнистые дымы столбами, высоко, до звёзд. Звездный звон, певучий, – плывет, не молкнет; сонный, звон-чудо, звон-виденье, славит Бога в вышних, – Рождество.

Идешь и думаешь: сейчас услышу ласковый напев-молитву, простой, особенный какой-то, детский, теплый… – и почему-то видится кроватка, звёзды.

Рождество Твое,
Христе Боже наш,
Возсия мирови Свет Разума…

И почему-то кажется, что давний-давний тот напев священный… был всегда. И будет»
(Иван Шмелёв, «Рождество»).

Марина Богданова

http://russkiymir.ru/publications/219080/
Прикрепления: 3634640.jpg(40Kb) · 2319484.jpg(54Kb) · 6104710.jpg(39Kb) · 1642185.jpg(33Kb) · 9469599.jpg(46Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Пятница, 06 Янв 2017, 15:33 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 5142
Статус: Online
В Петербурге к началу прошлого столетия сформировался весьма строгий календарный цикл, связанный с расписанием табельных дней и дней неприсутственных, временем выплаты жалованья в государственных учреждениях, с государственными установлениями и праздниками. Военная и бюрократическая столица соблюдала этот календарь как статью воинского устава или свода законов. В повторяющейся из года в год последовательности ощущалась традиционность не менее глубокая, чем традиционность патриархальная.
ХХ век не пощадил этих традиций — ни деревенской, ни столичной,— и воспоминания о них сейчас выглядят одинаково ностальгически, идет ли речь о деревенском "ладе" или петербургских обыкновениях. Переход с юлианского календаря на григорианский, предпринятый большевиками, спутал все карты и поменял обыкновения. Недурно их напомнить.



Вицмундирный, форменный Петербург состоял из социальных слоев, замкнутых, как индийские касты. Годовой ритм жизни каждого из этих слоев — будь то большой свет, фабричные, прислуга, универсанты, немцы, нищие — совпадал только несколько раз в году. Поскольку население города было на четыре пятых православным и поскольку церковные праздники католиков, протестантов и православных соседствуют в календаре, такие крупные события, как встреча Нового года и Рождество, второй по значению после Пасхи православный праздник, отмечались практически всеми петербуржцами.

Наступление Рождества означало наступление Святок, праздничных дней, продолжавшихся до Крещения (от 25 декабря до 6 января, как говорится, по старому стилю).



Рождество — праздник семейный, по преимуществу детский. Под Рождество каждая уважающая себя газета печатала рождественские рассказы и стихи, в которых, как правило, герой чудесным образом спасается от злоключений в день светлого праздника.



Сбивались с ног приказчики Гостиного двора, 17 возов с глухарями и рябчиками в день продавали торговцы на Щукином дворе, потому что, как писал путеводитель, "редкий столичный обыватель обойдется на Рождество без рябчика или традиционного гуся". В рождественские дни 1913 года в Петербурге было продано 250 тысяч поросят, 75 тысяч индеек, 110 тысяч гусей, 260 тысяч кур и уток.

Мелкие чиновники и писари раскупали "ужасные" подарки к Рождеству, цель которых была в том, чтобы поставить в смешное положение приятелей, кузин, тещ: например, "флакон духов" — открывший пробку с ног до головы обрызгивается чистой водой; самовозгорающиеся спички; чертики, выпрыгивающие из бутоньерок...

В 1913 году лучшим рождественским подарком для людей обеспеченных считалась последняя "новость Парижа" — ожерелье из японского "тяжеловесного жемчуга" с золотым замочком. Стоило это удовольствие 9 рублей 50 копеек (примерно как билет II класса до Москвы).

Магазины игрушек, и прежде всего главный — Дойникова в Гостином дворе, рекламировали полтысячи разных кукол ценой от пятачка до 50 рублей, сотни салонных и спортивных игр, десятки детских пистолетов, револьверов, палашей, кукольные дома, мебель, одежду, экипажи, действующие модели паровых и водяных мельниц, железных дорог, авто.



Новинка сезона в 1913 году — английский детский беспроволочный телеграф, сконструированный согласно последнему слову техники. Он позволял маленьким "маркониграфистам" сноситься друг с другом с разных улиц. Стоил, правда, 65 рублей.

А рождественский стол?.. Страус, сидящий на яйцах: туловище — кокосовый орех, шея из банана, голова из маленького яблочка с просверленными глазками, клюв — из миндалины...

В каждом уважающем себя петербургском семействе устраивалась рождественская елка. Этот обычай был перенят у немцев и появился в Петербурге в 1830-е годы, а уже потом распространился на всю Россию. Елочные игрушки в предрождественские дни массами привозили именно из Германии.

Вплоть до Рождества соблюдали строгий пост (впрочем, в Петербурге по-настоящему постились разве что купцы и их приказчики). Елка зажигалась накануне Рождества, в сочельник.

Игрушки, лежавшие под елкой, дарили всем приглашенным детям, а сласти, оловянные солдатики, фрукты, орехи с самой елки становились призами для победителей в шарадах, анаграммах, логогрифах и бесчисленных других играх, программа которых заранее продумывалась родителями и гувернантками. В "Сборнике игр с указаниями, относящимися к постановке и воспитательному значению игр" под редакцией известного педагога Я.И. Душечкина (книга вышла в Петербурге в 1903 году) приводились 563 подвижные игры (47 видов только одной полностью забытой свайки).



Разговлялись семейно после первой звезды. Из церкви с праздничной службы все семейство возвращалось домой. Доставали многочисленные игрушки из-под елки. Ставился стол с разнообразными питиями и закусками, с которого все члены семьи брали недоступные обычно лакомства.

С утра в "приличные" квартиры приходили мальчики-"славильщики", дети соседской бедноты — дворников, водовозов и ремесленников. Они поздравляли хозяев, славили Христа и принимали подарки, как правило, мелочь, несколько копеек на человека. Приходили поздравлять с Рождеством местные полицейские, трубочисты, звонари с колокольни, мусорщики, парильщики из бани. Их угощали водкой и дарили деньги. Христославие заканчивалось визитом приходских священников.



Рождество в императорской семье отличалось только количеством елок (по одной на каждого члена семьи), тем, что подарки дарили не только взрослые детям, но и дети — взрослым, ну и ценностью подарков (драгоценности, оружие, живопись, фарфор). По воспоминаниям сестры последнего государя, Ольги Александровны, после возвращения с рождественской службы Александр III звонил в колокольчик, и дети, забыв про этикет и всякую чинность, бросались к дверям Банкетного зала Зимнего дворца.



Двери распахивались, и "мы оказывались в волшебном царстве. Весь зал был уставлен рождественскими елками, сверкающими разноцветными свечами и увешанными позолоченными и посеребренными фруктами и елочными украшениями". Шесть елок предназначались для семьи (родители и пятеро детей). "Возле каждой елки ставили маленький столик, покрытый белой скатертью и заваленный подарками".



Зимние каникулы ("вакации") продолжались две недели. В это время в общественных пространствах проходят елки для "недостаточных детей" — учеников и учениц городских училищ. На дневных представлениях зажигали большую электрическую елку и раздавали бесплатные подарки детям до 10 лет.

Новый год — это то же самое, что поход ряженых в деревне. Это то время, когда люди могут вести себя как бы неприлично. Балет давал "Щелкунчика". В цирке Чинизелли ежедневно шло два больших рождественских представления с пантомимой "Пастушок-рыцарь" (80 детей, кордебалет, 30 пони).

После Нового года — время девичьих гаданий. Гадали, конечно, на женихов — давали петуху клевать овес, топили воск, пускали в лоханку бумажки с именами потенциальных женихов, использовали зеркало. День Нового года — перелом Святок.

Заканчивается рождественское время религиозными торжествами в день Крещения (Богоявления). 6 января православные массами идут на "иордань" (так назывались места на реках, каналах, озерах, где совершали крещенское водосвятие). Из многих храмов крестные ходы направлялись к воде, где во льду к этому обряду вырубали специальные проруби, рядом строили часовни. Крестный ход из собора Зимнего дворца, в котором участвовала императорская фамилия, шел к проруби у Дворцовой набережной, напротив Петропавловской крепости. Из крепости по завершении водосвятия осуществлялся фейерверк. Святки заканчивались.

Лев Лурье, 24.12. 2012

http://www.kommersant.ru/doc/2092539



скачать: http://entropio.ru/item/664960.html
Прикрепления: 7938201.jpg(48Kb) · 1933486.jpg(52Kb) · 4615787.jpg(66Kb) · 3401831.jpg(45Kb) · 4694600.jpg(22Kb) · 6775796.jpg(53Kb) · 6575528.jpg(58Kb) · 8049408.jpg(63Kb) · 2178484.jpg(45Kb)
 
Форум » Размышления » Пост с молитвой сердце отогреет... » КРАСОТА РУССКОГО РОЖДЕСТВА (03.01.2017. журнал "Русский мир")
Страница 1 из 11
Поиск:

Савченкова Анастасия © 2017
Сайт управляется системой uCoz