Вы вошли как Гость |
Группа "Гости"
Главная | Мой профиль | Выход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Размышления » Пост с молитвой сердце отогреет... » БОРЬБА ЗА «БОЯН» (26.10. 2018. Столетие.RU)
БОРЬБА ЗА «БОЯН»
Валентина_КочероваДата: Пятница, 02 Ноя 2018, 11:16 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6214
Статус: Online
БОРЬБА ЗА «БОЯН»

Под угрозой – знаменитый русский оркестр, созданный народным артистом СССР А.Полетаевым



В Международном фонде Славянской письменности и культуры состоялась презентация книги Сергея Скатова «Мир спасет Правда!». Журналистское расследование С. Скатова, координатора Движения «Народный Собор», председателя Нижегородского отделения Международной общественной организации «Русское Собрание», посвящено судьбе Государственного академического русского концертного оркестра «Боян», о котором мы писали не раз, и русской культуры в целом.



Почему расследование? А потому, что невозможно найти здравый ответ на вопрос, как такое могло случиться, что увенчанный лаврами коллектив, которому до самой перестройки стоя аплодировали западные слушатели, не говоря о земляках, под руководством создателя и бессменного худрука-дирижера, профессора, народного артиста СССР Анатолия Полетаева, творчеству которого посвящены искусствоведческие работы, монографии и книги, в год своего 50-летия был тихо «реорганизован», а правильнее сказать, уничтожен.



Но напомним читателю предысторию. Анатолий Полетаев, уроженец Воронежа, окончивший Гнесинку по классу баяна и дирижирования, оказался баянистом милостью Божьей: со 2-го курса (1955 год) – штатный артист Москонцерта, в 1956 г. по конкурсу едет во Францию, в Париже записывает первую грампластинку, а в 1957-м –обладатель двух Золотых медалей – на Всесоюзном конкурсе баянистов и Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве, а через год Золотую медаль баянисту вручит император Эфиопии, пораженный его виртуозной игрой.

Именно в это время Полетаев проявляет себя новатором – изобретает «пятипальцевую аппликатуру» игры на баяне, защитив специальный диплом-реферат. Учеба в аспирантуре, преподавание в консерватории города Горького (ныне Нижний Новгород), создание там кафедры народных инструментов, мировые гастрольные турне, новые конкурсы и медали – все говорило о том, что Анатолий Полетаев из тех самых «собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов», о которых писал Ломоносов, и которых надо ценить на вес золота. Благо, что талантливые люди, с которыми сталкивала Полетаева судьба, примечали в нем этот дар от Бога и помогали в пути.

Так, учитель его, известный музыкант Гавриил Федорович Зимин, 25 лет прослуживший дирижером Большого театра, отметил редкостный полифонический слух ученика и сказал: «Бросай все, становись симфоническим дирижером!». Когда в 1968 году Полетаев создал оркестр «Боян», ему было 32 года.

Вот что говорит о себе сам Анатолий Иванович.

«По образованию я народник и считаю себя последователем Василия Васильевича Андреева, основателя Великорусского оркестра народных инструментов. Прошло немало лет, прежде чем возник «Боян». Имя древнеславянского певца, ставшего символом духовности, народности, патриотизма, символом державности, если хотите, взяли мы неслучайно. Боян – это человек, реально живший в IV веке н.э., за шесть веков до появления христианства на Руси. Летописец, сказитель. Гимн, который он написал славянскими рунами, недавно перевели на русский язык. И удивляет то, что за 17 веков в жизни славян не произошло кардинальных изменений. Суть гимна – «Славяне, объединяйтесь от внешних врагов!» – до сих пор актуальна. Определили и место существования Бояна – район Братиславы, Карпаты.

В России Бояна воспринимали не только как оракула, само имя его было достойным символом. Так, в 1902 году построили самый большой в мире крейсер – и как, думаете, назвали? «Бояном». А через пять лет в Петербурге гармонный мастер Стерлигов изготовил концертную гармонику, которую опять же за певучесть назвали «бояном». Отсюда и пошло название инструмента – баян, баянисты…



То, что понятие «Боян» очень древнее, мы осознали только тогда, когда обрели популярность в своей стране и за рубежом. От имени Советского Союза мы выступали на Днях культуры в Лондоне, Берлине, Токио, Будапеште, Праге. В 1982 году, будучи на гастролях в Японии, с радостью узнали, что нас наградили престижной в те времена премией имени Ленинского комсомола».

С признанием и наградами история повторилась, теперь оркестр «Боян» завоевывал их с той же легкостью, с какой когда-то юный баянист Полетаев. Оркестр буквально гремел, как по советским республикам, так и по всему миру. В его исполнении звучала музыка Рахманинова, Чайковского, Глинки, Свиридова, Дворжака и многие сотни произведений русских и славянских композиторов. Полетаев давал авторские концерты – он автор од, молитв, гимнов, хоралов, песней – во имя Великой Руси. С появлением многих произведений связаны удивительные истории.

Так, написать молитву «Отцы-пустынники» на слова Пушкина композитору предложил ученый и телеведущий Николай Дроздов. И прислал текст, переписанный собственноручно. Полетаев, оценив актуальность, отложил работу на завтра, лег спать. В три часа проснулся от звучавшей в голове мелодии. Начал записывать, вскоре черновик был готов.

Японцы называли «Боян» «одним из лучших оркестров СССР», болгары восхищались «изысканной и тонкой нюансировкой», шведы – «отшлифованностью и изумительным звучанием», канадцы – «несопоставимо высоким уровнем».

А дело было в новаторском духе Полетаева – в оркестр, который начинался с того, что восемь человек играли на народных инструментах, дирижер стал вплетать инструменты симфонического звучания (ударные, медные и деревянные духовые, струнные), а также, в духе времени, синтезатор и даже бас-гитару. При этом к баяну, гуслям, балалайке и домре добавлялась экзотика – брёлка, жалейка, владимирские рожки, трещотки…

«Музыку мы играли разную, – говорит Полетаев, – могли сыграть все, что любит слушать публика на симфонических концертах, например, увертюру к опере «Руслан и Людмила», а также репертуар русского оркестра народных инструментов. Мы использовали звучание рожков и жалеек, но играли на них трубачи, потому что при исполнении этого шедевра «русскости» важно было учитывать музыкальную палитру. Мы не занимались этнографией ради этнографии, нас интересовала проблема народного духа в музыке.

А жанровость – это совсем другое, сегодня многие выплывают на волне «русскости», например, Надя Бабкина, моя ученица. В свое время она была солисткой созданного мною ансамбля «Русская песня». А когда я уходил руководить оркестром Осипова, отпустил Бабкину с «Русской песней» на свободу. С инструментами, костюмами, репертуаром. Так она теперь и не вспоминает об этом. Якобы сама собой «Русская песня» возникла – «ходили-ходили девочки по факультету, и родился ансамбль...» Закон жанра. Вот и наших «ликвидаторов» удивляло то, что «Боян» не подпадал под определение ни симфонического, ни эстрадного, ни оркестра народных инструментов».

Тогда же, в 80-х, в пору взлета «Бояна», начались первые звоночки. Во владение прославленному коллективу вручили руины храма Святого Власия (XVII в.) в Староконюшенном переулке – мол, репетируйте. А когда музыканты восстановили церковь с «неземной акустикой», ее передали Патриархии, не предоставив взамен ничего.



Именно в этот храм на концерты недолгое время приходили зарубежные туристы по программе «осмотра достопримечательностей Москвы». Леонид Леонов, побывав здесь, назвал деятельность Полетаева «деянием».

Оркестр, продолжая концертировать, скитался по неприспособленным помещениям, а там и подоспело постановление тогдашнего министра культуры Швыдкого «об оптимизации бюджетных расходов», по которому «Боян» следовало ликвидировать. Полетаев защищался. Из выступления на митинге в Москве на Славянской площади: «”Боян” – это первая попытка объединить и сохранить культуру славянской цивилизации…Чиновникам мы не нужны, хотя у нас переполненные залы. Они хотят нас просто выселить на улицу… Задача наших противников состоит в том, чтобы разъединить славян и уничтожить их поодиночке. Именно поэтому «Боян» для них как кость в горле…Задача оркестра и культуры в целом – укреплять и развивать национальное сознание… Народ без культуры – это просто население…».

В защиту «Бояна» встали сразу две парламентских фракции Госдумы – КПРФ и «Народной воли» с их лидерами Геннадием Зюгановым и Сергеем Бабуриным. А в апреле 2006 года участники Второго собора народов Беларуси, России, Украины с просьбой защитить «Боян» обратились к президенту Путину. Благодаря его вмешательству оркестр был сохранен, но из очередного, отреставрированного силами музыкантов помещения – кинотеатра «Зенит» – его вновь выбросили на улицу.

Все эти годы, без господдержки, без президентских грантов и достойной зарплаты, оркестр продолжал работать. Ближе к 2017-му со стороны Минкульта началась настоящая атака. Численность Государственного и академического коллектива сократили до… 37 человек, сверху, в приказном порядке, стали назначать одного директора за другим, они прибирали власть к рукам, отодвигая создателя оркестра на вспомогательные роли (рядовой дирижер по договору).

А осенью 2017-го из департамента господдержки искусства и народного творчества Минкультуры России директору оркестра Толмачеву поступило письмо с требованием предложить кандидатуру нового худрука и главного дирижера оркестра, провести аттестацию коллектива. И сделать это в течение недели.

Подписавший письмо директор департамента А.В. Малышев ссылался на «единогласное мнение» «экспертной комиссии в составе ведущих деятелей российской культуры». Как выяснилось, действительно, семь человек, среди которых были худрук и главный дирижер оркестра «Новая Россия» и Камерного ансамбля «Солисты Москвы» Ю.Башмет, худруки хора им. Пятницкого и народного ансамбля «Россия» им. Зыкиной А.Пермякова и Д.Дмитриенко, в пустом зале Чайковского Московской филармонии (зрителей не пустили) прослушивали оркестр. Ни Рахманинов, ни Дворжак, ни Свиридов, звучание которого однажды заставило любимца миллионов Владимира Гостюхина пасть на колени перед Полетаевым, а одну известную актрису разрыдаться; ни «Вечерний звон», ни «Ода Богородице» – не вдохновили экспертов. Приговор Полетаеву и оркестру был вынесен.

20 сентября на страницах «Русской народной линии» под заголовком «Не допустить уничтожения “Бояна” появилось обращение заместителя председателя Общественного совета при Минкульте РФ, сопредседателя Общественной палаты Союзного государства, члена Патриаршего совета по культуре, народного артиста России Н.Бурляева к министру В. Мединскому. Было отправлено оно и официально. Обращение к президенту РФ Путину подписали деятели культуры, среди которых были Николай Бурляев, Александр Ведерников, Валерий Ганичев, Николай Губенко, Михаил Ножкин, Дмитрий Белюкин и др. Также на имя Путина было направлено Обращение еще одной группы деятелей культуры, пришло Обращение участников Белградского Славянского конгресса – с просьбой сохранить уникальный творческий коллектив.

15 декабря 2017-го Николай Бурляев вновь обращается с письмом к министру культуры, требуя «восстановить в Уставе оркестра «Боян» должность худрука-главного дирижера с правом первого лица, ответственного за духовно-нравственное, эстетическое и профессиональное состояние коллектива». Он пишет: «На основании приговора музыкальной “семерки” департамент распорядился уволить из оркестра его создателя А.И. Полетаева, продолжить сокращение состава и сократить название до минимума – “Государственный Академический оркестр”. Были удалены три ключевых слова – “русский”, “концертный”, “Боян”.

Дух древнерусского сказителя Бояна по приказу чиновников должен покинуть оркестр. То, что создавалось талантом и кропотливым трудом выдающегося музыканта А.И. Полетаева в течение 50 лет, беззаконно уничтожено.

Этот акт вандализма, разрушающего традиционные ценности отечественной культуры, оцениваем как рейдерский захват оркестра через внедренного на должность директора г-на Толмачева, бывшего завхоза-водителя, от музыки далекого и преследующего корыстные цели. Нет сомнений, что если бы прослушивание было открытым, с присутствием публики, результат был противоположный. Мнение тайной “семерки”, подписавшей приговор дирижеру и оркестру, не разделяют выдающиеся музыканты, посмотревшие запись “расстрельного” прослушивания».

21 декабря 2017-го в Кремле состоялось заседание Совета по культуре и искусству при Президенте. О «Бояне» на нем умолчали. А 28 декабря, через неделю, вышел приказ министра Мединского об уничтожении оркестра «Боян». Правда, назывался он – «О реорганизации Федерального государственного бюджетного учреждения культуры “Государственный академический оркестр” и Федерального бюджетного учреждения культуры “Московская государственная академическая филармония”». 1 февраля 2018-го Полетаева уволили.

Но борьба за «Боян» продолжается. В феврале 2018-го «Русское Собрание», международная общественная организация, возглавляет которую главный редактор информагентства «Русская народная линия», известный публицист Анатолий Степанов, обратилось к Путину с просьбой защитить оркестр «Боян». Пришла петиция из Чувашской республики. 21 марта 2018 года Николай Бурляев на очередном заседании Совета вновь сражался с чиновниками Минкульта, ролик можно увидеть в сети.

На официальном сайте для размещения гражданских инициатив https://www.roi.ru/ идет Всероссийское голосование по вопросу восстановления полномочий Анатолия Ивановича Полетаева, в частности, возобновления творческой деятельности оркестра «Боян».
После обсуждения ситуации с «реорганизацией» «Бояна» на презентации книги Сергея Скатова был создан оперативный штаб в защиту Анатолия Полетаева. В обсуждении приняли участие десятки известных деятелей культуры – музыканты, писатели, журналисты, ученые, юристы. Защитники оркестра намерены добиваться справедливости в суде, соответствующие письма направлены в ФСБ и прокуратуру. Доктор юридических наук, адвокат Геннадий Шило сообщил, что в Уголовном кодексе существует не менее пяти статей, по которым можно привлекать к ответственности министра и его окружение за беззаконные действия в отношении оркестра «Боян». Адвокат более года занимается этим делом, но пока получает отписки, и на днях, как он сообщил, «пошел на второй круг». Одно из негласных званий оркестра «Боян» – «национальное достояние». И когда уникальный коллектив, деятельность которого изучалась учеными разных сфер – от музыковедов до медиков, исчезает в год своего 50-летия, у общественности это вызывает много вопросов. Найти ответ – наша общая задача.

Нина Катаева

http://www.stoletie.ru/kultura/borba_za_bojan_811.htm
Прикрепления: 4995877.jpg(26.4 Kb) · 4975793.jpg(16.2 Kb) · 5500778.jpg(14.9 Kb) · 9479557.jpg(11.5 Kb) · 3555731.jpg(22.1 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Пятница, 02 Ноя 2018, 11:43 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6214
Статус: Online
АНАТОЛИЙ ПОЛЕТАЕВ: «Музыка – это любовь и созидание»

Оркестр «Боян» знаменит виртуозным исполнением народной и классической музыки. Этой славе почти полвека. Но сейчас оркестр переживает далеко не лучшие времена. Что происходит с оркестром? Какие нравственные и духовные опоры помогают выжить знаменитому музыкальному коллективу? Об этом в беседе с нашим корреспондентом рассказывает художественный руководитель Государственного академического русского концертного оркестра «Боян», народный артист СССР Анатолий ПОЛЕТАЕВ.

– Анатолий Иванович, оркестр «Боян» за свою полувековую деятельность снискал народную любовь, уважение и почёт в десятках стран мира. Изменилось ли сегодня в России и в мире отношение к русской классической музыке?

– Перемены происходят закономерно и неизбежно, но вопрос: в какую сторону? С точки зрения использования и понимания классической музыки, перемены идут в худшую сторону.
В России музыка ценится, как и раньше, но всё меньшим кругом людей понимающих и почитающих её. Для того чтобы люди понимали музыку, их нужно посвящать в неё, объяснять, что есть музыка, а что музыкой не является. Искусство – это инструмент, и в зависимости от того, в чьих руках он находится, будет соответствующий результат. Когда искусство строится по божественным целям, по законам любви, красоты и гармонии, тогда оно делается для духовного развития людей, для их воспитания по законам красоты, любви и гармонии. А если это дьявольское искусство (есть же такие термины, как дьявольская изобретательность, дьявольская техника, дьявольская красота), то его задача – разрушать.

То же самое и в музыке. Есть музыка, а есть звуковая среда. Музыка – это согласованность, закономерность, красота, гармония, мелодия, любовь и созидание. А звуковая среда может быть как плодотворной и целебной средой, так и разрушительной, отравленной, агрессивной – то, что мы сейчас имеем нередко в шоу-бизнесе.

Человек проходит все стадии развития – ему доступно быть и духовным существом, и скотиной. Кстати, никакое животное не опускается нравственно так, как может опуститься человек. Замысел врага рода человеческого – разрушить в человеке пути духовного развития, заставить его принимать те виды уродства, которые ведут к уничтожению. В этом смысле классическая музыка вечна. Её нельзя уничтожить, изменить в худшую сторону. Бах будет существовать всегда, и Моцарт, и Чайковский, и Рахманинов.

– В чём для нас ценность именно русской классической музыки?

– Классическая музыка остаётся достижением человечества и будет храниться в памяти народа до тех пор, пока он существует. В нашей стране в царское время классическая музыка была уделом элитарной публики, образованного класса, дворянства. Она ценилась, понималась. Благодаря этому возникали такие шедевры, как «Борис Годунов», «Хованщина», «Руслан и Людмила», «Евгений Онегин» и многие другие. Начиная с Даргомыжского, Глинки, Римского-Корсакова, Чайковского, Рахманинова, через «Могучую кучку» русская классическая музыка вышла на планетарный уровень.

Сегодня нет композиторов такой величины, хотя ежегодно из консерватории выпускаются композиторы. Но композитор – это не только образование, это – замысел Божий, дар природы. Только после титанического труда воспитания, образования формируется то, что называется гением, классикой, Бахом, Бетховеном... Знания – это только основа для творца, фундамент, но ещё не сам творец.

Без Рахманинова Россия не может быть полноценной. Чайковский и Рахманинов – это авторы, которые лучше других писали музыку о русской душе и её природе. Их музыка исполняется на всех международных конкурсах пианистов. Все западные пианисты, если они хотят показать своё достоинство, вынуждены играть Рахманинова и Чайковского. Это потом, когда получат признание, они уже могут играть Хиндемита и другие разрушительные системы. Это системы неглупых, талантливых людей. Только они предали замысел Божий, потому что их соблазнили славой, деньгами, почестями. И они пошли по пути выполнения другой задачи. Поэтому высокое музыкальное искусство во всём мире деградирует.

– Но всё же концерты вашего оркестра по-прежнему собирают полные залы почитателей русской музыки.

– После выступлений нашего оркестра в любой стране люди аплодируют стоя. Причиной тому является тот репертуар, который мы играем, помимо виртуозных знаний и талантливости коллектива. Наш репертуар – это русская, славянская классика. Она человечна, она делает людей умнее, добрее, чище. Если это ещё исполняется на высоком исполнительском уровне, то успех практически гарантирован.

В Японии, в Германии, в Англии, в Скандинавии, в Болгарии, в Чехословакии, Польше есть публика, которая воспринимает с пониманием и благодарностью наши концерты. И во всём мире русская песня – одна из самых популярных.

– За последние десятилетия исчезло двадцать тысяч сёл и деревень. А с ними исчезает и народная песня – основа классической музыки...

– Народная песня – это часть национального иммунитета. Если вы хотите уничтожить народ, нужно уничтожить его культуру, его песню. А дальше он сам себя доконает и уничтожит собственными пороками. Война с народом России идёт уже несколько столетий. Задача одна – избавиться от законных владельцев такой огромной территории и энергетических запасов.

– В той соборности и собранности, в которой жили наши предки, всё было подчинено созидательной идее. И песни, и танцы…

– Народные танцы целомудренны, прекрасны по своей сущности, по своей задаче. У нас таких танцев уже нет. Были русские переплясы, которые давали здоровье, радость. В совместной пляске, совместном пении объединялся коллектив. А сейчас только зрелище, шоу, на которое народ только смотрит.

Митрофан Ефимович Пятницкий собирал и возрождал народные песни, но на нём это закончилось. Композиторы, которые раньше писали в народном стиле, сейчас уже подражают латиноамериканским ритмам в гармонии и в мелодии. От самобытной русской песни ничего не остаётся.

– Что символизирует название вашего оркестра?

– «Боян» – это символ объединения славянских народов, славянской музыки. Как назовёшь корабль, так он и поплывёт. Боян – древнеславянский певец-сказитель, реально живший в IV веке на Руси.

– Анатолий Иванович, как народные инструменты – гармоника, балалайка – нашли гармонию с инструментами симфонического оркестра: скрипкой, лирой? То есть, как создавался академический оркестр «Боян»?

– Сначала это был замысел создать оркестр народных инструментов, который бы нёс в себе задачу воспитания, просвещения и устройства досуга простых людей, которые сеют и пашут. Мне приходилось выступать во многих районах страны: и на целине, и в тайге, на ударных стройках. Там, в Сибири, мы выступали зимой в палатках. Перед нами сидели строители железной дороги и слушали ансамбль в сопровождении народных инструментов. Это было очень важно и нужно. Мы не играли примитивной или какой-то кабацкой музыки. Мы играли композиторов славянского мира. Я тогда уже был лауреат многих конкурсов и мог показать исполнительское искусство не только в лучших залах мира, но и в дальних районах России, где нет концертных залов, где выступали мы в цехах заводов и просто в полях. Такой оркестр был нужен.

Недостаток финансирования был всегда, недостаток внимания был всегда со стороны СМИ, со стороны министерства культуры. Главный наш сторонник и поддержка – публика, потому что наши концерты всегда были успешны из-за подобранного репертуара.

Однажды мы пришли к тому, что нельзя говорить о русской традиции, о русском духе, о русском интеллекте без наших классических композиторов. Нельзя находиться на примитивном уровне. Для того чтобы поднимать чувство национального самосознания, чувство достоинства, гордости за свою страну, нужно было обращаться к публике именно с высшими достижениями в области искусства. А без Рахманинова, без Глинки, Римского-Корсакова и Мусоргского нельзя быть победителем на сцене.

Публика, даже при том, что она не всегда одинаково образована, не всегда одинаково подготовлена, – всё равно мудра, всё равно понимает, что такое хорошо, а что такое ещё лучше. И чтобы пробиваться сквозь все трудности, нам нужен был успех не у администраторов, не у чиновников, а у публики. А для этого нам нужен был Рахманинов. Но всё ли мы можем сыграть на народных инструментах? У нас были домры, гусли, балалайки. Всё, чем занимался великий Василий Васильевич Андреев. Он хотел возродить и усовершенствовать примитивные народные инструменты. Сделал концертную балалайку, концертные гусли, сделал концертный оркестр. Но он был самобытный, только из национальных инструментов. У меня была задача – не повторять Андреева, но сохранять его достижения. Этим занимается и оркестр Осипова, и оркестр под управлением Некрасова.

Моей главной задачей было – выполнить заветы Андреева, о которых он говорил ещё в XIX веке – возрождать русскую песню, потому что она – иммунитет русского народа, а также воспитывать национальное самосознание. Это те самые фундаменты, без которых Россия не будет развиваться быстро и благополучно и станет лёгкой добычей недругов.

Сохранять русскую песню в новых условиях в конце XX века было главной задачей. Я занимался не только фольклором – я создавал русскую песню. И Надежду Бабкину, и ансамбль «Русская песня» создал, работая с ними, и только через несколько лет отпустил их в самостоятельную жизнь. «Русская песня» теперь, управляемая Бабкиной, используется в различных интересах. А я создавал её для сохранения фольклора и национальных традиций в русской песне.

Русская песня является фундаментом русской классической музыки, начиная от Глинки и заканчивая самыми последними русскими композиторами. Они все использовали этот животворящий источник. Возьмите симфонию № 4 Чайковского. Она заканчивается победно – на тему русской песни «Во поле берёза стояла». Это же не случайно. Вспомните слова Глинки, который говорил, что композитор не создаёт, он только аранжирует русскую песню. Музыку создаёт народ. Он брал народную песню, аранжировал, приводил её до уровня красоты и возвращал народу в совершенном виде.

Так вот на самобытных народных инструментах нельзя было играть русскую классику. Он выглядела пародийно и ущербно. Нужно было играть на развитых духовых инструментах: гобой, флейта, труба, валторна. Как же играть Рахманинова и Чайковского? Как же воспитывать достоинство русского народа? Для этого мне потребовалось сменить часть домр на скрипки. И мы добились того, что в нашем оркестре появилась новая звуковая эстетика. В каждом оркестре народных инструментов есть по паре гусель: щипковые и клавишные. Мы оставили в оркестре только клавишные гусли, а щипковые заменили на арфу. Тем самым мы создали в оркестре возможность играть всё. Если надо – народные танцы, если надо – классическую музыку. Это давало возможность выступать в разных жанрах: в академическом, в народном, в эстрадном.

– Какую музыкальную «школу» Вы прошли?

– Я народный артист Советского Союза. Окончил институт им. Гнесиных по классу баяна и дирижирования – и был первым, кто поступил в аспирантуру Горьковской консерватории по классу баяна. Моим учителем был Гавриил Фёдорович Зимин, дирижёр Большого театра на протяжении более 25 лет. Я учился в одном из самых лучших вузов столицы, был единственным на факультете лауреатом сталинской стипендии. Это значит, что я должен был сдавать все экзамены только на пятёрки, вести общественную работу в интересах института. В это время я много ездил за рубеж, был участником и лауреатом международных конкурсов…

Я один играл сольные концерты по миру, целое отделение Баха. Но бросил свою личную карьеру для того, чтобы просвещать, воспитывать публику. Мне приходилось играть на родине Чайковского в Воткинске в начале 1970-х годов. Когда туда приехал оркестр «Боян», это было не только уместно, но и уникально. Весь концерт из произведений Чайковского в Воткинске никто не играл, потому что в этом маленьком городочке была одна гостиница на 15 мест.

У меня есть отдельная программа, посвящённая только Рахманинову, есть программа, посвящённая русским композиторам, посвящённая только вальсу, русскому романсу, русской песне. И всё это связано с темой воспитания, образования, просвещения…

– Анатолий Иванович, расскажите о нынешних проблемах оркестра «Боян».

– Оркестр «Боян» было решено ликвидировать. И это было решение Агентства по культуре, возглавляемого М.Швыдким. И он до сих пор отстаивает эту ошибочную позицию, и его последователи отстаивают его замысел. Оркестр был бы уже уничтожен, уже были оформлены документы в связи с оптимизацией каких-то расходов, но съезд славянских народов в Минске не допустил этого – все единогласно проголосовали за то, что уничтожение оркестра «Боян» есть преступление перед славянской культурой.

С этой резолюцией обратились к президенту России Владимиру Путину. Он запретил уничтожать оркестр. Написал – оркестр сохранить и поддержать! Вынесли решение сделать оркестр государственной собственностью. Но поддержки не состоялось: не сделали президентского гранта, не подняли уровень зарплаты, как у музыкантов других московских академических оркестров. Несмотря на то, что оркестр «Боян» – лауреат Международного конкурса в Берлине, лауреат премии Ленинского комсомола, он до сих пор он находится в бедственном положении. Оркестр «Боян» оборудовал концертный зал в бывшей церкви в 1982 году, и когда пришло время, мы готовы были отдать свой концертный зал, известный на весь мир, – но нам взамен ничего не дали. Кому только не давали концертные залы и кинотеатры, только не нам. Оркестр бедствует, колоссальная текучка, кадры теряют свою прежнюю квалификацию. Всё держится на репертуаре и на опытности вашего покорного слуги.

– В какой помощи нуждается современная культура?

– Вспомним, в то время как Петербург был увлечён западной оперой, в Москве, на этой «купеческой периферии» рождались такие шедевры, как «Борис Годунов», «Хованщина», Чайковский и Рахманинов, Коровин, многие художники, музыканты, певцы. И развивалось это всё не за счёт государственного бюджета, а за счёт пожертвований меценатов – таких, как Стасов, Морозов, Третьяков, Мамонтов и другие.

Это были люди, которые обладали не только деньгами, но и пониманием смысла искусства, задачи искусства, его важнейшей ценности. Сегодня мы гордимся тем, что создано на основе частного капитала, частных усилий. Сейчас появились богатые люди, которые покупают виллы и яхты, дорогие футбольные клубы, острова. Они тратят деньги на свою славу и не понимают, что они обречены. Они паразитируют на терпении народа!

В этом сложность нашего периода истории. Надо ждать, пока появятся люди умные, заботливые, заинтересованные в развитии родной страны.

– Кто дорог вам дорого из создателей музыки?

– Что касается лучших композиторов, то для меня это весь конец XIX и начало XX века: Рахманинов, Глинка, Мусоргский, Лядов, Калинников. Кто сегодня пропагандирует великого Вячеслава Александровича Овчинникова? Пусть он не такого масштаба, как Рахманинов, но он имеет право нести эстафету русской музыки. В лучшем случае пропагандируют Свиридова. Он достойный композитор, но не он один!

В наше время такие замечательные композиторы, которые писали музыку для народных инструментов – П.В. Куликов, Н.Я. Чайкин, А.Н. Холминов, Н.П. Будашкин и другие – не обладают возможностями Рахманинова, но в рамках своих возможностей внесли в сегодняшнюю культуру ценнейший вклад, сделали полезное и важное дело.

– Почему нам так важно сохранять русскую национальную музыку?

– Русский народ – это не только лапти и сарафаны, но это ещё Невский и Суворов, Пушкин и Лермонтов, Толстой и Достоевский, Ломоносов и Менделеев, Циолковский и Чижевский, Курчатов и Королёв, и множество других. Это высший уровень науки, это люди, первыми познавшие космос!

Для того чтобы народ жил, ему необходимо достоинство и самосознание. Нельзя быть только просителем, жаловаться на противников, что они такие-сякие. Надо в первую очередь бороться со своими недостатками, своими пороками. Надо себя упрекать, что мы стали слабее, глупее, что мы позволяем садиться себе на шею.

Но чтобы бороться, человек должен понимать, для чего он должен это делать, какие ценности сохранять.

Вот этим занимается музыка, если она настоящая. Этим занимается оркестр «Боян» – концертной музыкой в любом жанре. Где бы мы ни оказались, мы должны быть достойными представителями своего народа и концертными. А концертность – это предельная энергетика, предельная виртуозность, предельный профессионализм.

Ирина Ушакова
12.02. 2018. газета "Файл-РФ"

http://file-rf.ru/analitics/821
 
Валентина_КочероваДата: Пятница, 02 Ноя 2018, 12:03 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6214
Статус: Online
1 отделение Фестиваля музыки С.В.Рахманинова "Белая сирень"



https://www.youtube.com/watch?v=QymwGYpp0RQ

"Андреев и Шаляпин музыкальные символы России"



https://www.youtube.com/watch?v=_U96GbSHC3w

"Вечерний звон"



https://www.youtube.com/watch?v=bnxS1JpzmF8

"Бурлацкая" (С.Рахманинов)

[video]https://www.youtube.com/watch?v=JIZkcBZpsQM

https://www.youtube.com/watch?v=JIZkcBZpsQM

"Не слышно шума городского"



https://www.youtube.com/watch?v=ytW_N4mgQvM

Вальс "Осенний сон"



https://www.youtube.com/watch?v=FoAkjr8NYJQ
 
Форум » Размышления » Пост с молитвой сердце отогреет... » БОРЬБА ЗА «БОЯН» (26.10. 2018. Столетие.RU)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Савченкова Анастасия © 2018
Сайт управляется системой uCoz