Вы вошли как Гость |
Группа "Гости"
Главная | Мой профиль | Выход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Размышления » О других интересных событиях » ЗАГАДКИ КАТЕНИНСКОГО АРХИВА (1999. Московский журнал №7)
ЗАГАДКИ КАТЕНИНСКОГО АРХИВА
Валентина_КочероваДата: Пятница, 13 Ноя 2015, 21:11 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6238
Статус: Offline
Загадки Катенинского архива

Словно злой рок преследовал книжную и архивную коллекции Павла Александровича Катенина...

Весной 1919 года в село Шаево Костромской губернии поступил приказ из уездного города Кологрива незамедлительно привезти из усадьбы Катенина его архив и библиотеку. Это верст сорок с гаком. Подводы с книгами и связками бумаг, прикрытыми рогожей, двинулись по весенней распутице, то и дело застревая в непролазной грязи. У деревни Ильинское телеги окончательно встали. Мужики поругались-поругались, а затем разгрузили поклажу по придорожным сараям и на чердаки заброшенных изб и возвратились в Шаево.

Вспомнили об этом через... пятьдесят лет. Снарядили специальную экспедицию из Москвы, которая прошла тем же путем. Осмотрели чердаки, расспросили старожилов. Но ничего не нашли. Рукописная и книжная коллекция, принадлежавшая одному из образованнейших людей своего времени, пропала.



Павел Александрович Катенин был известным драматургом, поэтом. Грибоедов находил у него "ум превосходный, высокое дарование, пламенную душу", отмечая его "прекрасный поэтический талант", считал его "одним из первых апостолов романтизма". Пушкин называл его "опытным художником".

Катенин был и оригинальным литературным критиком, который, по мнению Пушкина, "один знает свое дело": "Покамест, кроме тебя, нет у нас критика. Многие (в том числе и я) много тебе обязаны..." С Павлом Александровичем Пушкин был знаком с 1817 года. Их связывали тесные, но не всегда безоблачные отношения, чему свидетельство известный "Ответ Катенину".

Напрасно, пламенный поэт,
Свой чудный кубок мне подносишь
И выпить за здоровье просишь:
Не пью, любезный мой сосед!
Товарищ милый, но лукавый,
Твой кубок полон не вином,
Но упоительной отравой:
Он заманит меня потом
Тебе вослед опять за славой.
Не так ли опытный гусар,
Вербуя рекрута, подносит
Ему веселый Вакха дар,
Пока воинственный угар
Его на месте не подкосит?
Я сам служивый: мне домой
Пора убраться на покой.
Останься ты в строях Парнаса;
Пред делом кубок наливай
И лавр Корнеля или Тасса
Один с похмелья пожинай.


Тем не менее в 1830 году Пушкин пригласил его сотрудничать в своей "Литературной газете". Павел Александрович был и великолепным переводчиком. Помните, в "Евгении Онегине":

Там наш Катенин воскресил
Корнеля гений величавый...


Он был известен как страстный театрал, тонкий критик и знаток искусства сцены. Среди ближайших друзей Катенина - знаменитые актеры В.А. Каратыгин и А.М. Колосова.
Потому и искали исчезнувшие бумаги, что были среди них многочисленные документы, рукописи, переписка, имеющие чрезвычайно важное значение для истории отечественной литературы.

Прежде всего - пушкинские письма, книги с его автографами. Известно, например, что в утраченной библиотеке хранился экземпляр первого издания "Евгения Онегина" с дарственной надписью автора Павлу Александровичу (он вспоминал: "Я даже удивился, получив от него (Пушкина. - Е.К.) в подарок экземпляр вышедшей книги"). В библиотеке были все книги Пушкина с заметками и комментариями Катенина, показывающими его отношение: восторженное - к "Евгению Онегину", резко отрицательное - к "Борису Годунову" и "Бахчисарайскому фонтану".

Хранились у Катенина письма от Грибоедова, с которым он дружил, рукопись "Горя от ума", а также письма и автографы других видных деятелей русской культуры.

Но не только талантом и литературным окружением знаменит Катенин. Кадровый военный, он участвовал в Отечественной войне 1812 года, храбро сражался при Бородине, Кульме, в "битве народов" под Лейпцигом, вместе с русскими войсками вступил в Париж. В сентябре 1820 года блестящий, многообещающий полковник неожиданно увольняется в отставку, его высылают в родовое имение Шаево с запрещением въезда в обе столицы. Причина - политическая неблагонадежность.

В Шаеве Павел Александрович написал свое последнее и чрезвычайно важное для нас сочинение - воспоминания о Пушкине. Передал их П.В. Анненкову к его "Материалам для биографии Пушкина", изданным в 1873 году. Из катенинской рукописи в этих "Материалах" использовано лишь несколько эпизодов. Саму же рукопись воспоминаний ожидала драматическая судьба. Она терялась, неожиданно находилась, перепродавалась, пока после разных весьма рискованных странствий не была полностью опубликована в 1934 году в 16-18 томах "Литературного наследия".

Передал Павел Александрович Анненкову и письма Пушкина, которые были напечатаны в "Материалах к биографии Пушкина", а подлинники писем затерялись. Их местонахождение до сих пор неизвестно.

Все ли письма Пушкина отдал Катенин Анненкову? Нет. В своих воспоминаниях Павел Александрович упоминает: "...во время моего пребывания в Ставрополе получил от него (Пушкина. - Е.К.) два письма, из коих одно уцелело, а другое - пропало". Но уцелевшее письмо так к Анненкову и не попало. Вероятно, оно осталось среди бумаг Катенина. И единственное ли?

Словом, вопросов, на которые мог бы ответить катенинский архив, много. Вот почему его столь усиленно разыскивали. Но, оказывается, пропавший в 1919 году, он уже был неполон. Злой рок преследовал его всю жизнь. Сенсацией, например, стало сообщение известного археографа и литератора Н.Н. Оглоблина, опубликованное в 1908 году в журнале "Исторический архив". Он рассказал, что во время плавания на пароходе по реке Унже случайно познакомился с кологривским купцом и лесопромышленником Гаврилой Макаровым, "любителем истории и археологии", как тот отрекомендовался. Вот что рассказал купец Оглоблину.

После смерти Павла Александровича Катенина в мае 1853 года имение Шаево перешло к его племяннику М.И. Катенину, который постоянно жил в Петербурге и в костромские края наведывался редко. Ни библиотека, ни бумаги дяди его, похоже, не интересовали. В 1891 году он скоропостижно умирает. Усадьба за огромные долги продается "с молотка" со всем имуществом, библиотекой и фамильными бумагами. Значительную их часть купил Макаров.

- Бумаги весьма интересные, - рассказывает он Оглоблину, - письма к Катенину разных писателей (!), ученых, генералов, архиереев и прочих. Долго я возился с ними... Спасительное занятие!
- Нельзя ли посмотреть катенинские бумаги?
- Пропали они... Видите ли, покончил я с ними и положил на чердак. Тут подошли разные дела, лесом я занялся и забыл про архив. Вспомнил, когда в Костроме открылась архивная комиссия - хотел туда его отдать. Полез на чердак, а там только лоскутки да обрывки бумаг. Кое домашние растащили на разные нужды, кое - мыши поели...
- Ах, какой вы варвар
! - не удержался Оглоблин.

Другая часть катенинского архива... Вот что я узнал о ней в Кологриве от сотрудницы местного музея Галины Ивановны Воробьевой. Как-то среди музейных бумаг она наткнулась на воспоминания местного краеведа и журналиста Глеба Владимировича Пяткина. Он сообщал о том, что у них в доме долгое время хранилась часть катенинского архива, перешедшего от прадеда, на руках которого когда-то умер Павел Александрович. Среди этих бумаг были и письма Пушкина к Катенину (!). Но большую часть архива Пяткин разобрать не успел, так как в 1914 году был призван в армию. Вернувшись домой в 1921-м, уже никаких бумаг не нашел. Кое-что использовали в крестьянском хозяйстве, а кое-что купил какой-то приезжий. Толком о нем ничего сказать не могли.

Небезынтересно, что в кологривском музее находится несколько десятков книг из шаевской библиотеки Катенина. Как они там оказались, при каких обстоятельствах? Якобы были подобраны в какой-то близлежащей деревне. Не в Ильинской ли, где бросили свою поклажу весной девятнадцатого года шаевские мужики?

Загадки, загадки... Быть может, архив Катенина уже погиб безвозвратно и искать его нет смысла? Но известный ленинградский литературовед Владимир Николаевич Орлов писал мне, например, что в шестидесятые годы в Ленинграде незнакомый человек приносил и показывал ему экземпляр "Сочинений и переводов" Катенина со значительной авторской редактурой и комментариями, приготовленный для переиздания, о чем, кстати, Павел Александрович сообщал своему другу Н.И.Бахтину. А "перебеливанием" своего сочинения он занимался в последние годы именно в Шаеве. Возможно, этот экземпляр остался там после смерти Катенина, а спустя сто лет неожиданно всплыл в Ленинграде. Как он туда попал? Владелец этого документа, не причастный к литературе, исчез, попытки найти его окончились безрезультатно...
Но все-таки есть надежда, что книжная и архивная коллекции Катенина не утрачены полностью. Кто знает, не ждет ли нас после стольких потерь полоса разгадок и обретений?

Е.Кончин

http://www.mosjour.ru/index.php?id=878

А.С. Пушкину

Вот старая, мой милый, быль,
А может быть, и небылица;
Сквозь мрак веков и хартий пыль
Как распознать? Дела и лица —
Всё так темно, пестро, что сам,
Сам наш исторьограф почтенный,
Прославленный, пренагражденный,
Едва ль не сбился там и сям.
Но верно, что с большим стараньем,
Старинным убеждён преданьем,
Один учёный наш искал
Подарков, что певцам в награду
Владимир щедрый раздавал;
И, вобрази его досаду,
Ведь не нашёл. — Конь, верно, пал;
О славных латах слух пропал:
Французы ль, как пришли к Царьграду
(Они ведь шли в Ерусалим
За гроб Христов, святым походом,
Да сбились, и случилось им
Царьград разграбить мимоходом),
Французы ли, скажу опять,
Изволили в числе трофеев
Их у наследников отнять,
Да по обычаю злодеев
В парижский свой музеум взять?
Иль время, лет трудившись двести,
Подъело ржавчиной булат,
Но только не дошло к нам вести
Об участи несчастных лат.
Лишь кубок, говорят, остался
Один в живых из всех наград;
Из рук он в руки попадался,
И даже часто невпопад.
Гулял, бродил по белу свету;
Но к настоящему поэту
Пришёл, однако, на житьё.
Ты с ним, счастливец, поживаешь,
В него ты через край вливаешь,
Своё волшебное питьё,
В котором Вакха лоз огнистых
Румяный, сочный, вкусный плод
Растворен свежестию чистых
Живительных Кастальских вод.

Когда, за скуку в утешенье,
Неугомонною судьбой
Дано мне будет позволенье,
Мой друг, увидеться с тобой, —
Из кубка, сделай одолженье,
Меня питьём своим напой;
Но не облей неосторожно:
Он, я слыхал, заворожён,
И смело пить тому лишь можно,
Кто сыном Фебовым рождён.
Невинным опытом сначала
Узнай — правдив ли этот слух;
Младых романтиков хоть двух
Проси отведать из бокала;
И если, капли не пролив,
Напьются милые свободно,
Тогда и слух, конечно, лжив
И можно пить кому угодно;
Но если, боже сохрани,
Замочат пазуху они, —
Тогда и я желанье кину,
В урок поставлю их беду
И вслед Ринальду-паладину
Благоразумием пойду:
Надеждой ослеплён пустою,
Опасным не прельщусь питьём
И, в дело не входя с судьбою,
Останусь лучше при своём;
Налив, тебе подам я чашу,
Ты выпьешь, духом закипишь,
И тихую беседу нашу
Бейронским пеньем огласишь.

1828, П.А. Катенин

ВОСПОМИНАНИЯ О ПУШКИНЕ

http://knigolubu.ru/russian....ne.7009
Прикрепления: 8793242.jpg(12.8 Kb)
 
Форум » Размышления » О других интересных событиях » ЗАГАДКИ КАТЕНИНСКОГО АРХИВА (1999. Московский журнал №7)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Савченкова Анастасия © 2018
Сайт управляется системой uCoz