Вы вошли как Гость |
Группа "Гости"
Главная | Мой профиль | Выход

Вопросы по сайту
По вопросам проблем входа, регистрации и авторизации на сайте просьба обращаться на e-mail: Анастасия
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
Друзья сайта
Статистика
 


Онлайн всего: 7
Гостей: 7
Пользователей: 0
ИНТЕРВЬЮ
12 октября 2007 г.
Телеканал «Столица плюс» 
Передача «Ангажемент»
В гостях у программы ведущий актер Литературного театра «Классика» Юрий Решетников.

 
Начинается передача с музыкальной заставки. На экране возникают лица актеров, которые принимали в ней участие: А.Баянова, Н.Бурляев, И.Ливанов, С.Трофимов… Мы в студии… 

  

Ведущая:
Добрый вечер, уважаемые телезрители. В прямом эфире программа «Ангажемент», и я – автор и ведущая – Людмила Акулинина. Гость нашей студии сегодня – актер из Санкт-Петербурга Юрий Решетников. Добрый вечер, Юра.

Ю: (улыбаясь) Здравствуйте.

В: Ну, насколько я знаю, у Вас завтра будет спектакль, поэтому давайте сразу сделаем анонс: понятно, что Вы приехали из Санкт-Петербурга в Москву не только для того чтобы участвовать в нашей передаче. Поэтому – где это будет и что?

Ю: Это будет моноспектакль по поэзии Есенина «В своей стране я словно иностранец». Это будет в Культурном центре Петра Ильича Чайковского: Кудринская площадь, дом 46/54, метро «Баррикадная».

В: Знаете, когда я о Вас почитала что-то, то у меня сложилось такое впечатление, что Вы в своей жизни, в судьбе своей, совершили вот таких два знаковых поступка. Первое – это то, что у Вас за плечами был уже технический институт.

Ю: Два.

В: Даже два. Вы достаточно успешно занимались бизнесом, и вдруг Вы все это бросаете и едете осваивать совершенно другую профессию. И второй поступок, с моей точки зрения, – это то, что в самой актерской профессии Вы выбираете тоже такую достаточно нелегкую стезю, потому что чтецкое мастерство – последние десять лет, во всяком случае – не в особенной чести находится, да? Когда-то в Политехническом институте, и даже уже не десять, а, может быть, лет пятнадцать-двадцать назад, у нас были потрясающие чтецы: Кузнецова, Клейнер. Они делали великолепные программы, и народ ходил и очень любил это. Но сейчас к этому интерес утерян: ну, время, что ли такое? Но, наверное, это начинает возрождаться, и отчасти Вы принимаете в этом непосредственное участие, за что Вам огромное спасибо, потому что дело очень нужное. Ну, давайте по порядку: вот сколько Вам было лет, когда Вы так круто решили изменить свою судьбу? 

Ю: Ну, на тот момент мне было уже 24, когда круто… (смеется) ну, не круто – так получилось.

В: Ничего себе – не круто! Если Вы считаете после технического вуза пойти заниматься актерством – это ничего так себе?

Ю: Да, собственно, я в технари попал только по одной простой причине: у меня вся семья работала в области энергетики, и я как-то должен был линию продвигать. Закончил институт, в параллель с ним еще один, потом начался перестроечный бум, кооперативы – а всю жизнь хотелось заниматься… хотелось быть актером.

В: Ну, а не страшно было? Все-таки у Вас был уже какой-то бизнес – и вот так все бросить и уйти в совершенно не знакомую для Вас профессию?

Ю: Это, наоборот, было интересно. В 24 года все устаканилось, и осталось разве что жениться, а все остальное вот как-то уже налажено. И попробовать… вот из области – а вот, на слабо! А вот слабо все бросить и заняться совершенно другим, тем более, тем, чем хотел? Вот когда занимаешься бизнесом – в какой-то момент возникает, вот, ощущение беготни: либо по кругу, либо по спирали. Наращивание капитала – и все: дальше какого-то духовного роста нет. И совершенно не жалею, что я все это бросил и пошел совершенно другим путем, и это интересно.

В: А вот, смотрите, как интересно: Вы приехали в Ярославль, в театральный институт, и вдруг у Вас там тоже - еще один переворот, когда Вы приехали поступать на драму, насколько я понимаю, а оказались артистом кукольного театра. Почему это произошло? Вам был интересен педагог? Или что Вас сподвигло – вот уж совсем непонятно.

Ю: Самому непонятно: я даже не собирался поступать, на самом деле. Я приехал за компанию: просто посмотреть – как это делают? Первый тур – творческий отбор… и мне это понравилось, мне захотелось попробовать дальше. Ко мне подходит мой будущий мастер курса:
- А вы пойдете ко мне?
И самый наглый вопрос:
- А кто Вы?
- Я, вообще-то, курс набираю на куклы… 
Первый тур мне очень понравился, на втором мне было уже совсем интересно: весь творческий процесс… картины разглядывать, придумывать историю – ну, много чего предлагали. Гораздо интересней был творческий отбор именно на куклах: там надо было развивать другое мышление. И к третьему туру я уже абсолютно хотел поступить в театральный институт, и так сложилось, что на куклы.

В: А Вам помогло это в том, чем Вы сейчас занимаетесь?

Ю: Очень.

В: Да? То есть, Вы считаете, что, может быть, это было даже и по судьбе правильно?

Ю: Мне кажется, что вообще и даже драматическую школу надо, вот, как-то немного направлять именно с моментами кукольного образования. В чем хитрость? Актер драмы: грубо говоря, у него инструмент – это его тело. Это вот я в предлагаемых обстоятельствах: образы и т.д. У актера театра кукол идет два плана: живой план, когда инструмент – это твое тело, и второй, это когда инструмент – это твоя кукла. Ты ее водишь, ты должен понять, как она смотрит, как она дышит, как она реагирует. А это уже другое мышление: не ты думаешь, а вот она… Планка гораздо расширяется.

В: Послушайте, а вот идея такая… Вы делаете моноспектакли по Пушкину, Есенину, по поэзии Серебряного века – вот в Вас такие две ипостаси соединились. Можно было очень интересные вещи сделать, почему нет? Чтобы это совсем не пропало, да?

Ю: Ну, вот есть одна идея: не знаю пока, как она сможет реализоваться – слишком там много камней… Есть идея сделать спектакль по Нижинскому.

В: А тут без кукол и не обойдешься. О, это потрясающая идея!

Ю: Да, потому что гениальный танцор, а гениально станцевать гениальность – невозможно. А кукла… У Нижинского был уникальный прыжок: он каким-то чудом зависал в воздухе, и никто не понимал, как он умудрялся висеть…

В: Вообще здорово! Сделайте Нижинского!

Ю: Вот если взять за идею, что кукла будет Нижинским…

В: Это потрясающе! Я предлагаю – если у нас готов отрывок – посмотреть кусочек из спектакля «Русский сатирикон». Там не совсем чтецкие дела: Вы там работаете с актрисой. Давайте посмотрим, а потом уже будем больше разговаривать о Ваших чтецких работах (идет отрывок из рассказа А.Аверченко «Мужчины»)
Ну, вот это – театр «Классика» в Санкт-Петербурге? И называется он так потому, что вы там, действительно, ставите только классику? 

Ю: Только.

В:  И, насколько я понимаю, там несколько актеров. У Вас есть моноспектакли, а есть вот такого рода работы – когда Вы не один, когда еще есть партнеры.

Ю: У нас максимум четыре человека на площадке.

В: А в Москву Вы уже привозили эти работы?   

Ю: Привозили. Буквально месяц назад мы показывали спектакль по Антону Павловичу Чехову, и это была программа на двоих актеров: «И смех, и слезы, и…» Программа по рассказам Чехова, которые практически никто не знает.

В: Юр, ну, Вы теперь житель Петербурга? После Ярославля Вы попали именно в Питер?

Ю: После Ярославля я два года работал здесь: в муниципальном Химкинском драмтеатре «Наш дом», а через два года уехал уже в Петербург.

В: По приглашению?

Ю: Нет.

В: А почему Вы вдруг решили в Питер-то податься? Москва ведь ближе? 

Ю: На тот момент моя будущая жена жила в Петербурге, а я жил в Москве, и мы постоянно ездили друг к другу, и уже как-то надо было определяться, и я решил уехать туда. 

В: А как Вам Петербург по сравнению с Москвой? Ну, вот, публика, скажем: где, Вы считаете, она более благодарна, что ли?

Ю:
(смеется) Вот так сейчас и скажу: «В Москве лучше» - и меня в Питере убьют! Нет, публика разная… как бы сказать? В Москве – потому, что здесь слишком много народа и твое личное пространство – оно гораздо меньше. Поэтому в Москве тебя либо любят активно, либо так же не любят – активно. Вот в Москве это все так, и поэтому реакция публики очень яркая: это легко, это приятно – когда даешь посыл в зал и идет реакция. В Петербурге немного другая история: в конце концов, желтый Петербург Достоевского. Желтый цвет – цвет интеллекта. И в Петербурге тебя всегда рассматривают немножко дистанционно, всегда - как бы через призму:
- Ах, как ты здорово это сделал… Ну, давай дальше, посмотрим… (Юра сейчас просто великолепно это сыграл…)
Реакция в Москве очень хороша: я уже приезжаю сюда – дай Бог, не последний – пять  раз уже, и реакция все ярче и ярче…

В: Значит, Вам удалось уже завоевать часть московской публики?

Ю: (улыбаясь) Да, и это очень приятно. 

В: Давайте поговорим о Ваших программах. Сколько их у Вас на сегодняшний момент? Тех, которые Вы уже вовсю показываете, привозите в Москву? Вот, кроме Есенина, что еще?

Ю: Пушкин – программа «Я шел к тебе…», программа «Русский сатирикон» в сольном исполнении, «Есенин» - вот это три моих сольника. Есть программа «От Гоголя до Зошенко», чеховская программа, потом еще одна - «Психопаты». Есть программы по Серебряному веку, «Избранное» - золотой век. Потом они еще и пересекаются между собой.

В: Давайте ответим на телефонный звонок. Добрый вечер, говорите, пожалуйста.
- Добрый вечер. Хотел бы задать вопрос вашему гостю. Во-первых. спасибо, что он пришел: такой обаятельный, симпатичный. Хотелось бы, прежде всего, пожелать ему успехов в творчестве. Вот кем Вы хотели стать в детстве, сбылась ли Ваша мечта, и любите ли Вы животных?

Ю: Спасибо. В детстве я мечтал стать актером.

В: Мечта сбылась.

Ю: Сбылась, и я счастлив из-за этого. Очень люблю животных – особенно собак.

В: У Вас есть собака?

Ю: Нет. У меня свое жилье появилось совсем недавно. 

В: Я знаю, что по Пушкину у Вас есть программа «Евгений Онегин». Есть лирика – вот ее, наверное, и почитаем, да?

Ю: Лирику. «Евгения Онегина» лучше всего или ничего – лучше так.
(Юрий Решетников читает «Признание». Надо сказать, что артист очень фотогеничен и прекрасно смотрится сейчас на мониторе)

В: Замечательно. А давайте сразу и Северянина.

Ю: Ну, давайте. Серебряный век.
(Юра читает «Ананасы в шампанском»: я очень люблю смотреть, как он это делает…)

В:
Спасибо. Есть еще программа, которая сейчас готовится, по Серебряному веку: какие поэты туда войдут, кроме Северянина?

Ю: Блок. Ну, и там уже смотрим: может быть, Ахматова, Гумилев… Готовим.

В: А вот еще, что интересно: Вы читаете Цветаеву и собираетесь делать программу по ней. Хоть и часто говорят, что Марина Цветаева – такой, вот, «мужской» очень поэт, но все-таки несколько странно: вот отчего у Вас родилось желание делать Цветаеву?

Ю: Нет, не у меня, а у нашего художественного руководителя – Катышевой Дженни Николаевны.

В: Вот, пожалуйста, расскажите немного о ней, потому что встреча, конечно, была судьбоносная – насколько я понимаю. Ведь все, что Вы делаете, все программы – режиссер всего этого она.

Ю: Да, на самом деле, все, что у меня есть, – это благодаря ей. Дженни Николаевна занимается литературным театром около сорока лет. В шестидесятых годах она поднимала эту волну литературного театра, тогда еще в Ленинграде. В буквальном смысле – последний из могикан. И вот она обратила внимание, что, сколько бы она ни делала программ по Цветаевой с женщинами, – не то… И вот она и сказала мне:
- Юр, а давай-ка попробуем!
- Как – Цветаеву?
- Давай попробуем: вот что из этого выйдет?
Вот, сейчас покажу.

В: Нет, но Вы такой весь – Есенин… И вдруг – Цветаева.  Давайте – это интересно.
(Юрий читает два стихотворения Цветаевой)

В: Спасибо. Юр, я знаю, что у Вас большая любовь к Лермонтову, и поэтому не очень понимаю: почему по Лермонтову еще не сделана программа? Или она уже есть?

Ю: Есть, но пока небольшая программа: она еще не вытягивает на отделение. Это лирический цикл о любви и о себе. На самом деле, у меня с Лермонтовым сложно: сложно делать то, что особенно любишь.

В: Ну, это правда.

Ю: Поэтому тут надо дистанцироваться, потом холодным взглядом опять рассматривать, понимать и потом опять въезжать в материал, вот. Поэтому с Лермонтовым стараюсь очень не спеша.

В: Ну, что ж, замечательно. Я знаю, что Вы читаете прозу: у Вас есть программа по Чехову «И жизнь, и слезы, и…» Я так понимаю, что это все-таки проза - юмористическая. Но у Вас есть еще и чеховская религиозная тематика, которую мало, кто знает. Это крайне интересно, что Вы это сделали. Вот там есть рассказы «Студент», «Архиерей». Вот это откуда пришла идея читать Чехова религиозного? Понятно, что юмористические вещи, которые читаешь со сцены, – они всегда имеют успех, это понятно. А вот когда Вы делаете такие серьезные вещи или «Евгения Онегина» - вот как это возникает, как рождается и как к этому относится публика? Или Вы как-то вперебивку это делаете?

Ю: Нет, это нельзя смешивать. Начнем с того, что это не моя сольная программа – она сделана у нас в театре.

В: То есть, это не моноспектакль?

Ю: Нет, там три работы: я читаю «Казак», у нас на двоих сделан рассказ «Архиерей» и одна актриса исполняет рассказ «Студент». Наверное, ничего случайного не бывает: это был заказ от Александро-Невской Лавры. Для местного православного радио они попросили начитать вот эти рассказы – мы их начитали. И что интересно – нам их даже подобрали, но, когда мы открыли их для себя, стало понятно, что их надо выносить на публику. Сам Чехов считал рассказ «Студент» лучшим из всего того, что он написал. Он всегда его ставил на первое место.

В: Я очень люблю его пьесы. А кто знает рассказ «Студент»? Вот, пусть теперь его возьмут и перечитают.

Ю: Ну, я могу немного прочесть…

В: «Казака»? Давайте, только коротенько, потому что у нас, как сказал режиссер, несколько звонков. Просят, чтобы Вы повторили, где будет завтра Ваше выступление, потому что у Вас сегодня вечером появились уже новые поклонники. Давайте еще раз озвучим адрес центра, и у нас еще заготовлен «Есенин», которого мы покажем, ну, и немного Чехова.

Ю: Метро «Баррикадная», Кудринская площадь, д.46/54, Культурный центр Петра Ильича Чайковского. Начало в 17.00.

В: Итак, Чехов. «Казак».
(Юрий читает отрывок из этого рассказа)

В: Спасибо. Потрясающе – мне очень понравилось!

Ю: Ну, это одна треть рассказа.

В: Спасибо. Просто я хочу, чтобы телезрители посмотрели еще маленький кусочек из «Есенина».
Юр, огромное Вам спасибо! Я Вам желаю удачи и занимайтесь дальше этим благородным делом, потому что, на самом деле, послушав сейчас классику здесь, я получила огромное удовольствие. Люди сейчас мало читают. Но, может, хоть на слух… Дай Бог Вам творческих успехов и здоровья! И завтра, кто придет, насладятся поэзией Есенина. Ну, а мы будем прощаться с нашими телезрителями. Спасибо, что смотрели нас сегодня, и, вот, сколько возможно… Давайте посмотрим отрывок из спектакля «Есенин», который исполняет актер из Санкт-Петербурга Юрий Решетников.
(идет отрывок из спектакля «В своей стране я словно иностранец»,...титры…)


Савченкова Анастасия © 2017
Сайт управляется системой uCoz