| Валентина_Кочерова | Дата: Понедельник, 30 Мар 2026, 21:48 | Сообщение # 1 |
Группа: Администраторы
Сообщений: 7655
Статус: Offline | "ХАЛАТНАЯ" ЖИЗНЬ" ЗОИ БОГУСЛАВСКОЙ
Она никогда не была исключительно женой Вознесенского
М.Швыдкой вручает З.Богуславской премию за книгу мемуаров
Мемуары З.Богуславской победили в номинации «Нон-фикшн» премии «Большая книга»
- Волею судьбы все, кто работал над книгой, - люди из круга Зои Борисовны. Я ее знаю 30 лет, потому что моя сестра с ней работает с 1992 г. - сначала в «Триумфе», а теперь помощницей. Именно она является главным собирателем и записывателем воспоминаний.
Книгой занимались все помощники З.Богуславской, поскольку на первом этапе надо было разобрать и обработать 900 стр. вордовского текста, собранных за 30 лет. Очень важно, что все, кто работал над этой книгой, хорошо знают Зою Борисовну, знают ее голос, интонации .Разбор текстов и архивов начался к 90-летию А.Вознесенского, когда мы готовили «Несимметричное время». Через год, к 100-летию Зои Борисовны, мы издали книгу «Всегда, Зоя!», вобравшую некоторую часть материалов. И в течение этих 2-х лет вырисовывались контуры «Халатной жизни». Мы изначально понимали, что хронологии «от рождения» никак не избежать - все же найдутся читатели, которые о З.Богуславской ничего не знают, так что часть известных историй мы повторили, сделав включения новой информации о родителях Зои Борисовны и ее детстве. А еще мы решили не только сохранять событийную хронологию, но и указывать даты диктовок, чтобы связать прошлое с моментом, когда оно всплыло в памяти.
- Самое раннее событие в книге - похороны Ленина. На них мама Зои Эмма Иосифовна пришла будучи беременной. Упоминание этого факта оказывается оригинальным приемом, восходящим к «Автобиографии» Аверченко, где великий сатирик пишет, что за 15 мин. до рождения не знал о своем появлении на белый свет.
- Да, но Зоя Борисовна не любит распространяться о раннем детстве, рассказывая о нем крайне скудно. В воспоминаниях о первых годах жизни эпизод про маму на похоронах - единственный. После него она перепрыгивает в Томск 1942 г., где мама работала в госпитале, а совсем юная Зоя стала медсестрой. Может быть, она просто не хотела рассказывать никаких интересностей из детского сада и ранней школы или там с ней ничего такого не происходило. Но главное, рассказывая о своем детстве, она всегда подчеркивала радость бытия в семье, доброе отношение и взаимную любовь между родителями.
- Л.Н. Толстой диктовал отдельные тексты дочери и пользовался изобретенным уже тогда диктофоном, Достоевскому его жена Анна Григорьевна заменяла стенографистку. Когда у Булгакова перед смертью упало зрение, он правил «Мастера и Маргариту» рукой Елены Сергеевны. А между тем в ТГ в связи с итогами «Большой книги» я вижу снисходительные формулировки применительно к «Халатной жизни» - мол, «не сама Богуславская писала».
- В строгом смысле слова она действительно ее не писала ручкой, а надиктовывала. И мы сделали все, чтобы сохранить звучание живого голоса. Обработанные моменты есть: убирались лишние слова, тавтологии. В финальной версии я следила, чтобы везде чувствовалась «одна рука». Мне было легче потому, что каждый делал свой участок, прекрасно зная все тонкости речи Зои Борисовны, ее язык. Я же боролась с корректорами, которые помечали в рукописи какие-то высказывания красным карандашом - мол, так не пишут. Но так говорят! Спасли все любимые словечки!
- В «Халатной жизни» есть интересное внутреннее деление судьбы: «бытие до встречи с Вознесенским» и «46 лет, прожитые с ним в браке, до его кончины». Понятно, что это года с 1924-го по 1964-й, затем с 64-го по 2010-й. А куда относятся последующие 20 с лишним лет? Нет ли в «исключении» их из временной шкалы эха библейского отношения к супружеству, когда «ни муж без жены, ни жена без мужа»?
- Это деление условно. Посмотрите содержание - «Жизнь вместе» и «Долгая жизнь», о совместно прожитом; но в «Долгой жизни» описываются болезнь и смерть Вознесенского. Затем отдельно «Триумф». И «После» - о жизни без Вознесенского.
- Свои «отдельные» годы Зоя Борисовна как-то умаляла, считала менее значимыми?
- Почему вы так решили? Зоя Борисовна не взяла себе фамилию Вознесенского, оставаясь всегда совершенно отдельным человеком, с отдельной судьбой. Да, половину жизни занял их прекрасный союз, но она не была «женой при муже».
- Недоброжелатели Богуславской на том, что она не сама написала «Халатную жизнь», не останавливаются, ставя под сомнение созданные ею полвека назад произведения.
- По этому поводу одно могу заметить. Лет 5 назад Зое Борисовне предложили переиздать ранние романы. Она ответила: «Нет, они давно устарели».То есть как автор она трезво относится к своему творчеству и понимает, что какие-то произведения были ценны в свое время на свою тему. Но вот в чем парадокс. Даже те, кто слышал имя Богуславской, не знают Зою Борисовну, не представляют, чем она занималась, чем она важна для московской культуры.
- Давайте проговорим чем…
- Она ценна не как театровед (поскольку рецензиями на спектакли занималась недолго), не как писатель. В первую очередь как публицист (хотя примерно полтора десятка ее публицистических сборников с прекрасными портретами выдающихся современников остаются в тени, но не в этом дело). Зое Борисовне удавалось на равных общаться с первыми леди США, с Бриджит Бардо, Табаковым. В этом плане ее проза и док. публицистика бесценны, потому что в них не только доступные малому кругу людей факты отражены, а дан взгляд равного по масштабу человека и не забывайте что Богуславская - выдающийся организатор. Еще при СССР она организовала Ассоциацию женщин-писательниц, придумала и создала «Триумф», первую негосударственную премию в области литературы и искусства (вручалась с 1992-го по 2010 г.). Спасибо, конечно, спонсорам за деньги, но Зое Борисовне принадлежит идея, талант собрать людей, поддержать при Союзе деятелей культуры А.Шнитке, Дм.Краснопевцева, Д.Боровского - здесь десятки фамилий можно назвать. Она была инициатором поэтической премии «Парабола», пусть и сошедшей на нет в последние годы. Наконец, «Центр Вознесенского» на Ордынке продолжает действовать, не ограничиваясь рамками посвящения памяти Андрея Андреевича, но как место изучения феномена оттепели в целом и пропаганды книжной культуры. В деятельности Центра Зоя Борисовна участвует номинально, но это только сейчас; ее и на церемонию «Большой книги» в инвалидном кресле привезли, а пару лет назад мы с ней гуляли по ЦДЛ под ручку. И до сих пор она остается внимательной, замечает, когда видит меня: «О, ты прическу поменяла!».
Списывать со счетов ее еще рано. Источником скепсиса может быть осознание, что премию Богуславской не могли не дать, но заслуги Зои Борисовны, несомненно, колоссальны. Считать ее исключительно «довой Вознесенского было бы оскорбительным. Не выходила на трибуны. Не стремилась быть первой. Но обладала и обладает ныне редким даром искренно любить людей и радоваться их успехам.
- Соглашусь с вами: если бы была номинация «За вклад в литературу/культуру», то Богуславская была бы идеальным кандидатом на ее получение.
- Да, будем считать, что дали не за слог, не за стиль, а за заслуги, за честность прожитой жизни.
- В книге много - по понятным причинам - рефлексий на тему пожилого возраста, но с неким преодолением негативной коннотации. Есть же словосочетания «старый интеллигент», «картины старых мастеров», где «старый» означает «образцовый», «классический». Мне бросилось в глаза определение старости: «это праздник, который воспринимается как нагрузка. То есть (это) нелюбовь к офиц. праздникам, к срежиссированному многолюдью, с придуманной заранее программой, запланированным празднованием того, что должно быть спонтанно праздничным.
- Если смотреть на старость не как на физиологическое понятие, а как на усталость от жизни, то я Зою Борисовну и сейчас не считаю старой.
- В книге рассказывается о второй жене Е.Евтушенко, которая ничего не хотела в оставшейся ей жизни. Разница судеб очевидна: распавшийся брак Евгения Александровича и Галины Сокол-Лукониной и счастливый до гроба союз Андрея Андреевича и Зои Борисовны. Но безотносительно этих драм. различий Богуславская мне показалась человеком, который, наоборот, хочет всего!
- Знаете, сколько раз мне сестра рассказывала: идут они от машины к лифту, на пути попадается магазин. И Зоя Борисовна - не год назад, не два, а буквально теперь - произносит: «Посмотрите, какая жилетка. Мне она подойдет. Идемте мерить!».
- То есть она и в сто один год остается модницей?
- С огромным удовольствием покупает красивые вещи, беспокоится, что у нее давно не появлялось нового платья. и в этом нет ни грамма кокетства, а только чисто женское отношение к существованию.
- Спрашиваю у вас как у человека, бывавшего в доме и на даче у Зои Борисовны: халат действительно ее повседневная одежда? Этот предмет гардероба имеет шанс войти в лит. контекст, как холщовая рубаха Волошина или «толстовка» (косоворотка наоборот) Толстого
- Сначала поясню, что название «Халатная жизнь» заключает в себе два смысла: когда жизнь наблюдаешь через окно, но одновременно в нем заключается и удобство - запахнулся халатом и ощутил комфорт.Когда первый халат у Зои Борисовны появился, я не знаю, но их у нее целая коллекция. Самого любимого нет, но она часто сидит на веранде, завернувшись в халат - летом в легкий, осенью в махровый, поэтому мы оформили книгу фотографиями дачи в Переделкине, являющейся ее уютным, автономным от всех миром.
- И эхом старомосковской жизни, застывшей в картинах Максимова или Поленова. Но я еще хотел уточнить, насколько трудными были сеансы записывания, капризничает ли Зоя Борисовна или, наоборот, она внимательна по отношению к помощницам-интервьюерам?
- Она вообще человек не капризный, так что нет и диктовки, между прочим, появились не в старости и не из-за нее, а в 1999 г., когда Зоя Борисовна, понимая, что ей некогда вести дневник, придумала такой формат работы.
- Она еще может читать сама? Сохраняет ли верность привычке не существовать «без включенного телевизора или радио», принимает ли посетителей?
- Читать может - девочки готовят распечатки, что-то рассказывают, подбирают записи, но она очень быстро устает и если и принимает посетителей, то из круга своих и недолго, чаще всего у себя или в ЦМТ, где есть кафе на 1-м этаже, ставшее местом для встреч, творческих переговоров.
- 9 лет назад Зоя Борисовна ежедневно ездила из Переделкино, по ее собственному признанию, «всюду, куда меня уводит жизнь, работа и моя шальная неуемность проживать жизнь так, как будто мне сегодня не 92 года», придерживалась строгой упорядоченности жизни: «завтрашний день всегда расписан: какой-то спектакль, вечер или мне предстоит встреча, свидание»…
- В 98 лет она еще ездила на спектакли и в 99 тоже!
- У меня есть своя версия центрального, как Солнце, события книги - вопля наигравшегося в коммунистический либерализм Хрущева: «Оттепель кончилась, начались заморозки».
- Думаю, для Зои Борисовны оттепель и ее завершение были одной из страниц, она не зацикливается на чем-то одном, движется вперед, хотя к Вертинскому, романсы которого она до сих пор поет, или к Высоцкому любовь осталась неизменной. Но круг друзей и единомышленников обновлялся постоянно. Сколько с Е.Кисиным она возилась, помогала Меньшикову, Ренате Литвиновой. И постоянно приходили новые люди, с кем она была всей душой, ибо «женщине, чтобы полюбить, надо пожалеть».А по поводу «центра» книги… Рассказы о последних днях и мгновениях Вознесенского я редактировала со слезами, хотя не особо сентиментальна. Но и эту гигантскую потерю Богуславская пережила и пошла дальше!
Иван Волосюк
01.01. 2026. МК
https://www.mk.ru/culture....go.html
|
| |
| |
| Валентина_Кочерова | Дата: Четверг, 21 Май 2026, 09:17 | Сообщение # 2 |
|
Группа: Администраторы
Сообщений: 7655
Статус: Offline | Памяти Зои Богуславской
ГЕРОИЧЕСКАЯ ЖЕНЩИНА
Какой запомнили Зою Богуславскую
Писательница умерла в ночь на 14 мая в возрасте 102 лет.
Ректор ГИТИСа Г.Заславский сказал, что Богуславская не только бережно хранила память и наследие мужа, но и сама была выдающимся человеком культуры.«З.Б. Богуславская - человек культуры, причем трудно сказать, кем она была в большей степени: популяризатором советского кинематографа, литературы и поэзии, выдающимся редактором или спутницей А.Вознесенского, Его Памяти она посвятила все годы, которые прошли после того, как его не стало. В стихах Вознесенского немало упоминаний Зои Борисовны - она и муза, и Зоя (отсылка к трагической судьбе Зои Космодемьянской, которую поэт переосмысливает), и, конечно же, его жена, которой выпало немало испытаний».
Богуславская - выпускница театроведческого факультета, где училась у великих педагогов. Этот университетский и культурный опыт, сказался и на ее собственном творчестве.«Стоит сказать и о том, что в трудные 1990-е годы Зоя Борисовна вместе с единомышленниками придумала премию “Триумф” (первая в России независимая премия в области высших достижений литературы и искусства). Награждали не за конкретные произведения, а за жизнь в искусстве. Немалые по тем временам деньги спасли от безработицы и забвения многих великих деятелей культуры. За эту работу она, безусловно, заслуживает благодарности и доброй памяти».
Драматург, журналист и театральный критик Вл. Васюхин отметил, что вдова Вознесенского была верной спутницей поэта, сделав все для сохранения памяти о нем: «Наша последняя встреча с Зоей Борисовной случилась в Центре Вознесенского, на презентации книги “Поэт и леди” - про дружбу Вознесенского и Жаклин Кеннеди-Онассис. Тогда она подписала мне эту книгу так: “Влад, спасибо за внимание к памяти Андрея”. На самом же деле это мы должны быть благодарны Зое Борисовне: она сделала все для сохранения памяти о поэте.. Она как-то признавалась: “Рисковым и авантюрным человеком я была всегда! А несколько лет назад меня, по глупости, наверное, назвали даже “самой героической женщиной года”. Это случилось после того, как ночью на их переделкинскую дачу забрались три молодых бандита. Тогда Зоя Борисовна сумела отговорить их от задуманного: “Я их убедила. У меня было полное самообладание. И повторяла я только одно: “А, собственно, что мне терять? Я свое отжила, а вы подумайте и не губите собственную жизнь насилием".
Директор Центра Вознесенского О.Варцева отметила, что Богуславская до последних дней жизни участвовала в жизни Фонда поэта и строила планы на будущее. Центр продолжает дело Богуславской и одним из важных событий последнего времени стала победа учреждения в премии The Art Newspaper Russia за выставку «Темная оттепель». «Для меня это было очень важно успеть ей показать эту нашу победу»,.
15.05. 2026. ТАСС
https://lady.mail.ru/article....avskuyu
КЕМ БЫЛА ЗОЯ БОГУСЛАВСКАЯ
Кому-нибудь покажется: ну что, немало пожила. Не торопитесь. Сколько бы ей ни было - она не собиралась уходить. Она любила - жить до последних дней - жила. Кем была З.Богуславская? Можно назвать вдовой и музой А.Вознесенского. Этого тоже много - но в ее случае недостаточно. Она сама - писатель, года не прошло, как получила премию "Большая книга" за свою "Халатную жизнь". Но и это про нее - не всё.З оя Борисовна давно стала сама по себе - явлением российской лит. жизни многих десятилетий - можно вести отсчет аж от войны. Главное в ней - она сильная наперекор всему. И у нее есть воля. Сила воли, хотя с виду всегда была - хрупкая.
Мы много встречались с ней, много разговаривали - километры ее монологов, записанных в моем диктофоне, можно переслушивать часами. Время и пространство с ней то забежит вперед, то возвращается, а то нырнет в свое особенное измерение. По их с Вознесенским дощатому дому в Переделкино бежит надпись: цокольцокольцокольцо - слово "цоколь" плавно перетекает в "кольцо". Главное - знать ключ и имя: Зоя. Она когда-то написала в своей книге: "Роясь в записках неказистого блокнота, пытаюсь выбрать нужное, и, словно кинонаплыв, возникают лица, силуэты, отпечатки фраз, очертания берегов"…И тут же наплывало: "Под Ниццей, в горах Сан-Поль-де-Ванс, как в лесном заповеднике, живет в Коллин седовласый мечтатель Марк Шагал. В ту первую встречу в 1974-м…" Сколько у Зои будет встреч с художником! И тут же следом крупный план: она у Лили Брик, и вот уже знакомится с Плисецкой и Щедриным - больше десятка лет встречали вместе Новый год! Тут же смена экспозиции: чья сумочка, кто сумочку забыл? А это у нее в гостях был Эдвард Кеннеди с женой. А вот Зоя уже встречается с Жаклин, вот с Нэнси Рейган - ее эссе про президентских жен экранизируют в Америке. Но время перематывает киноленту - и уже Брижит Бардо, и уже Лайза Миннелли, и Артур Миллер с женой Инге Морат, и Франсуаза Саган, и Кортасар…Нет, а теперь Высоцкий - вот в театре, а вот уже в школе, дает концерт, чтобы не исключили прогульщика-сына Зои. Пропала ценная гитара - и уже Церетели успокаивает ее: "Пусть у тебя не будет другого горя в жизни". Вот вокруг Зои - Юрий Любимов, Райкин, Табаков. Вот уже О.Меньшиков… Целые пласты пространства и времен смещаются, сменяются.
Детищем ее в последние годы стал и музейный центр Вознесенского в столице на Б.Ордынке. Здесь, разумеется, поэт, но здесь же - зримо или нет - вся хронология судьбы, проектов и полетов Зои.Роман ее судьбы полифонический. Не укладывается в рамки, не подчиняется схеме. Голоса героев ее жизни полноценны и равнозначны ее голосу: мир Богуславской не поддается обычному сюжетно-прагматическому истолкованию. Она - особенна.
"Считаю, что ум у меня вполне сохранился, - лукаво улыбалась пару лет назад. - Особенно, когда нужно быстро вырулить из какой-то сложности. Пока держусь крепко. Что будет дальше - мне неведомо. Жизнь моя всегда была веселая, нарядная и счастливая, мне всегда помогало чувство юмора"., - лукаво улыбалась пару лет назад. Однажды в Каннах на пешеходной дорожке у самого Дворца фестивалей Богуславскую сбил юный мотоциклист. Однажды в лондонском "Хилтоне", не успела поселиться, объявили срочную эвакуацию: бомба !Однажды самолет, в котором она летела, лишь чудом не разбился. И ничего.Сила - в ее небесной вере: целый век нескучно, интересно, чудно - жить. Как говорила героиня одной ее повести: "Небо - это безусловно религия живущих с поднятой головой". Так и живет.
-"А вам не скучно в Переделкине одной?"
- "Нет, я же думаю. И все делаю сама".
В 1960-е по ее инициативе появилась Ассоциация женщин-писательниц - в Москве, потом в Париже. В 1990-х по ее проекту учредили независимую премию "Триумф".После лекций в Сорбонне у нее спрашивали: а зачем ей в Россию, домой возвращаться? - и она: "А мне здесь жить неинтересно…"
Девчонкой соревновалась среди конькобежцев, волейболисток и пловчих. После войны окончила ГИТИС, защитила кандидатскую по искусствоведению. После работ об А.Корнейчуке, В.Пановой и Л.Леонове стала членом СП. Открывала философию Леонова: о настоящем героическом - в обыденном. В этой философии - и о фальшивом идеале денег, потребления и внешнего успеха.Зоя возглавляла отдел литературы в комитете по Ленинским и гос. премиям. И когда-то стала одной из первых москвичек, севших за руль автомобиля.
Дом в Переделкине, где Зоя прожила без малого полвека вместе с мужем, - сам по себе хранитель их истории. Через калитку - по соседству - дом Б.Пастернака, там давно уже музей. Станет ли дом Вознесенского и Богуславской тоже музеем? Рано говорить - но было бы справедливо - и красиво…Помните поэму молодого Вознесенского "Оза" - это про нее. Оза - не перевернутое имя, а если долго повторять имя Зоя - оно и загудит, как "циклотрон" в Дубне, как Оза.Богуславской часто говорили, что она в тени своего мужа-поэта:.- "Что спорить с ними?! Можно бы - да на фига?" В ее повести - "неподвижные самолеты висели над травой кверху плавниками и головами, похожие на пронумерованных дельфинов".
Это ж видно невооруженным глазом - если голову поднять.
.
Зоя Борисовна - личность большая, самоценная, загадка, вещь в себе. Разгадывать еще лет сто, не меньше .Вот она ушла - и не ушла. Все равно - с нами. Такова ее воля.
Что мне рассказывала Зоя Богуславская:
- Знаете, так сложилась жизнь. Когда-то девятиклассницей в войну я очутилась с родителями в эвакуации в Томске. Отец был профессором, преподавал, занимался тяжелым машиностроением. Мать заведовала в военном госпитале отделением тяжелораненых и я, после краткосрочных курсов, пошла в тот же госпиталь ночной медсестрой. И та прививка сочувствия и сострадания, полученная мной с юных лет, потом влияла на всю мою жизнь .Как сейчас помню, один больной лежал без рук и без ног. Голова - необыкновенной красоты. И вот он рассказывал, что они с женой чуть не 17-летними родили близнецов. И он считал, что не может вернуться таким, просил, чтобы я его "усыпила" - все равно, мол, ему не жить. Но я все равно нашла его жену, она приехала, целовала все его культи, рыдала, и увезла его домой… Такая была история.
Более разных людей, чем Андрей и я, когда мы сбежались, не было. У него есть в "Озе"::
"Противоположности свело.
Дай возьму всю боль твою и горечь.
У магнита я - печальный полюс,
ты же - светлый. Пусть тебе светло".
Я действительно никогда не отчаиваюсь. И он как-то погружался в эту мою логику
"Все временны, приходят и уходят,
а поэзия вечна.
То, что ты делаешь, ты делаешь
не только для этого поколения".
Но противоположны мы были вот в чем .Я - эталон обязательности. Андрей считал, что есть нечто главное - и есть второстепенное, чем можно жертвовать. В результате он, бывало, в жизни становился эталоном необязательности. Мы ведь прожили немаленькую жизнь, и каждое десятилетие было целой отдельной эпохой. Тридцатые годы, война… Если говорить о человечности, солидарности, патриотизме в том понимании, в котором я это вижу, - как ни странно, самым безусловным периодом была для нас война, Тогда не было среди нас никаких "инородцев" - хотя рядом работали и воевали люди совершенно разных национальностей. Все были русские, советские, и каждый мог отдать жизнь за товарища, будь он узбек или еврей. Такое теперь кажется странным, а то и невозможным…Почему я об этом вспомнила? Просто и я, и Андрей, - мы выросли на этом. Может, потому, и когда он так тяжело болел, он не позволял себе ни ворчания, ни хандры, ни депрессии… А мне… Мне всегда важно было понимать, что я нужна. И когда после смерти Андрея мне стали говорить: ты вышла из-за спины... Да лучше бы я никогда никуда не выходила.
Я уверена, что внутри любой системы - кроме чисто фашистской - можно жить относительно свободной жизнью. Свобода же внутри нас., а то, что снаружи, - часто бывает слишком обманчиво. И Андрей, и я не позволяли себе подстраиваться под то, что противно, делать в жизни то, что нам претит. Меня вызывали, когда я подписала письмо 63-х в защиту Синявского и Даниэля. После этого 6 лет не выпускали никуда за границу. Ну не выезжала - ну и что? Вознесенского часто упрекали - много ездил по миру но о другие поэты могли там оставаться жить - а для Андрея в принципе расстаться с Россией было так же невозможно, как расстаться со способностью писать стихи. В этом не было никакого пафоса - он так был устроен. Хорошо это или плохо, патриотично или нет, - он был создан из русского языка, русского воображения, русских метафор.
К счастью или к несчастью, по предопределенности или случайно, - теперь время изменилось совершенно. То, что могло быть препятствием в прошлом, - в век сайтов-блогов стало невозможным абсолютно. Самовыражаются все, как могут, для этого уже и таланты не требуются. Через минуту вы узнаете все - что было и, нередко, чего не было. Какие тайны бытия? Закрытость исчезла из человеческих отношений, из человеческого творчества. Может ли человек жить и творить, может ли существовать поэзия, если исчезает тайна? Но такова реальность .Мир меняется технологически, технически и геополитически, а вместе с ним - перевернулась и шкала ценностей для живущего поколения? Не может быть ценным листок тетрадки, которую кто-то хранил, потому что там след слезы Мандельштама. Какая ценность в засушенных цветочках из тетрадок М.Цветаевой? Ничего этого не надо. Вообще есть попытка уйти из прошлого с такой скоростью, что когда-нибудь это все будет очень дорого стоить, но так же, как "моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед", - настанет свой черед и этой слезе, и цветочку.
Не знаю, возможен ли беспристрастный, трезвый взгляд на прошлое - что в нем подлинно и ценно? Возможно, для этого прошлое должно стать исторической реликвией, достоянием времени, а не отражением твоих эмоций, счетов, обид и пристрастий твоих родителей. Появился страх, что все уйдет и ничего не останется вообще. Время сытое, характеры технологичны, мозги рациональны. Дети растут в компьютерах, читают все меньше. Все это создает совсем другую основу, тут неоткуда взяться гениям .Чтобы появились гении - нужны массивы красоты, природы и уединения…Взгляд у меня скорее пессимистичный - что из сегодняшнего времени останется через 50 лет? Хотя… вот прошло два поколения, и время само стало возвращать интерес к войне - той же Ленинградской блокаде, о которой первыми написали "Блокадную книгу" Гранин и Адамович.
Однажды в 90-х годах к нам в Переделкино ночью забрались три грабителя-наркомана. Приставили мне к горлу нож - а я, зная сумасшедший характер Андрея, боялась пикнуть, чтоб только он не услышал и не примчался сверху, где он спал. Грабители, совсем юные, видимо, думали найти у нас что-то очень дорогое, но наши богатства их заинтересовать не могли. Я говорила, берите, что хотите, только уходите. Потом одного из них, очень скоро, поймали и я написала заявление, что не имею претензий - не хотела, чтобы этот мальчишка пострадал: у него же жизнь только начинается…
Я действительно никогда не отчаиваюсь, не унываю, или не показываю этого.Со мной в разведку ходить можно.
Игорь Вирабов
https://godliteratury.ru/article....avskaia
|
| |
| |
