Вы вошли как Гость |
Группа "Гости"
Главная | Мой профиль | Выход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Размышления » Биографии, воспоминания » ПАМЯТИ САВВЫ ЯМЩИКОВА
ПАМЯТИ САВВЫ ЯМЩИКОВА
Валентина_КочероваДата: Четверг, 20 Июл 2017, 00:23 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
19 ИЮЛЯ -ДЕНЬ ПАМЯТИ САВВЫ ЯМЩИКОВА



На что вам, братья, земная слава?
Эх, жизнь – шалава! Не стало Саввы!
Мне жизнь – подруга, А смерть – сестренка,
Ну что, сеструха! Взяла миленка?

Потешься, право, Мужчина видный.
А коли в жилу, так не обидно!
Не повернутся вспять реки Пскова,
Мабудь, без Саввы, без Ямщикова.

Крученый дядька, куда уж круче!
Застили солнце мне злые тучи!
Десятки, сотни изображений
Донес до нас он без искажений...

Гуляй, стихия! Рыдай, держава!
Россия стала бедней на Савву!..


Андрей Краденов



Час памяти Саввы Васильевича Ямщикова

Программа приурочена к 8-ой годовщине преставления - 19 июля 2009 г. Заслуженный деятель искусств России, художник-реставратор, искусствовед, историк, писатель, член президиума Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, лауреат многих наград, организатор множества выставок, Савва Ямщиков известен своим неизмеримым вкладом в сохранение и восстановление отечественной культуры. За сорок лет работы ему удалось возродить более 400 икон, многие годы он работал у архимандрита Алипия (Воронова) в Псково-Печерском монастыре, о чем впоследствии написал фундаментальный труд.

В нашей передаче о С.В. Ямщикове вспоминают дипломат А.А. Авдеев и критик и публицист В.Я. Курбатов.

Слушать: http://radonezh.ru/radio/2017/07/18/23-00.html

«МУЗЕЙ. РЕСТАВРАТОР. РЕСТАВРАЦИЯ»

Научная конференция памяти С. В. Ямщикова

п. Пушкинские Горы, Псковская область

19 - 20 июля 2017 г.



Программа

19 июля, среда

Малый зал Научно-культурного центра

9.30 Открытие конференции. Утреннее заседание

Приветственное слово

Георгий Николаевич Василевич, к.э.н., лауреат Государственной премии Российской Федерации, член Совета по культуре и искусству при Президенте Российской Федерации, директор Пушкинского Заповедника

1.Реставрация Исаакиевского собор Юрий Витальевич Мудров, вице-президент Российского Комитета Международного Совета музеев (ICOM UNESCO), член Европейского Общества культуры (SEC), член Союза художников РФ, член Президиума Правления и Председатель Отделения искусствоведения и критики СПб СХ, член Международной Ассоциации искусствоведов, искусствовед, директор Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения культуры «ГМП «Исаакиевский собор» (Санкт-Петербург)

2. Архитектурные модели сохранения (реставрации) и приспособления объектов промышленного наследия Татьяна Петровна Кудрявцева, канд. архитектуры, академик Академии Архитектурного наследия, член СА России, доцент Московского архитектурного института (МАРХИ), главный архитектор проектов ООО «Сервисэкспо», аттестованный эксперт ГИКЭ (Москва)

3.Фотоальбом «Товарищество наследников Красносельской писчебумажной фабрики К. П. Печаткина» (СПб, 1909?) как уникальный источник фактографической информации для возможной реконструкции и реставрации частей комплексов Красносельской и Царскославянской бумажных фабрик Ирина Ивановна Фадеева, к. пед. н., доцент, начальник Научно-информационного центра Санкт-Петербургского государственного университета промышленных технологий и дизайна (Санкт-Петербург)

4. Восстановительные этапы архитектурных объектов в Петровском – мемориальной усадьбе Пушкинского Заповедника Любовь Владимировна Козмина, к.ф.н., хранитель музея-усадьбы Ганнибалов «Петровское» (Пушкинские Горы)

5. «Доказательства очевидного» Владимир Иванович Васильев, ведущий архитектор ОАО институт «Псковгражданпроект» (Псков)

6. А. А. Оль – архитектор, реставратор, художник Анна Юрьевна Мудрова, старший научный сотрудник Государственного музея истории Санкт-Петербурга, член ИКОМ, АИС, искусствовед (Санкт-Петербург)

13.10 – 13.40 Панихида на могиле С.В. Ямщикова на городище Воронич

7. Презентация документального фильма о С.В. Ямщикове. Виктор Сергеевич Правдюк, режиссёр документальных фильмов и телепрограмм, журналист, историк, публицист (Санкт-Петербург)

http://pushkin.ellink.ru/museum/konf/konf145.asp
Прикрепления: 1106863.jpg(30.9 Kb) · 8765150.jpg(5.2 Kb) · 9432617.jpg(29.0 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Четверг, 26 Июл 2018, 22:08 | Сообщение # 2
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
САВЕЛИЙ-САВВА. КАКИМ ЕГО ПОМНЮ.



К 75-летию Саввы Васильевича Ямщикова,
великого защитника русской культуры.

Борис Гущин

Более сорока лет работы Саввы Ямщикова было связано с Заонежьем и музеем-заповедником «Кижи». Он здесь часто бывал, любил Кижи и внес большой вклад в сохранение и реставрацию коллекции кижских икон.

Предлагаем вниманию читателей фрагменты из мемуарного очерка Бориса ГУЩИНА, одного из старейших сотрудников музея-заповедника «Кижи», писателя, драматурга, члена Союза театральных деятелей России. Полный вариант текста можно прочесть на сайте «Проза.ру» http://www.proza.ru/2013/07/03/1816

Стоял светлый солнечный сентябрь 1967 года. Туристический сезон заканчивался, моя жена Виола уже уехала в Петрозаводск, вскоре собирался ехать в город и я. Надо было закончить дела с инвентаризацией и консервацией экспозиции на зиму. Я продолжал жить в большой комнате с плитой и не предполагал никаких переселений и особых задержек на острове. Но из-за хорошей погоды на Кижи вдруг собралось достаточно много туристических групп, и мне было предложено остаться ещё на пару недель для проведения экскурсий.

Как-то с утра заходит ко мне в тёмных очках директор Владимир Иванович Смирнов и говорит: — Переселяйся в маленькую комнатку без плиты. Проживёшь как-нибудь пару дней. — Владимир Иванович, какие пара дней?! Самое меньшее я ещё буду здесь недели две. Как я без плиты? — Тебе что сказано?! Переселяйся и всё!

Надо сказать, что полковник в отставке, бывший военный журналист Смирнов, как администратор был этаким барином-либералом. Но не с похмелья. Чёрные очки — признак похмелья. Здесь иногда случались лёгкие кратковременные заскоки самодурства. А вообще-то к Владимиру Ивановичу мы относились хорошо. Он, военный до мозга костей человек, люто ненавидел армию ненавистью сугубо штатского интеллигентного человека с гуманитарным образованием. Пришлось мне переселяться.

В соседней комнате жили московские иконные реставраторы Кирилл Шейнкман, Вадик Зборовский, Витя Белов и их бригадир — мощного сложения Савелий Ямщиков со своей очаровательной, очень простой и милой в общении женой Сармой Холцман, манекенщицей из демонстрационного зала на ВДНХ. Когда изящная Сарма устраивалась на коленях у Савелия, то называла его: «мой диванчик». Образ той Сармы навсегда сохранился в фильме «Трын-трава», где бешеный сельский механизатор (С. Никоненко), поругавшись в очередной раз с женой (Л. Федосеева-Шукшина), едет в город, встречает по городскому писаную красавицу и сгоряча говорит ей: — Поедем со мной в деревню. Та и говорит ему: — Поедем! А механизатор-то перепугался и убежал. Так вот, эту красавицу играет Сарма.

Нас, естественно, усадили за стол. Владимир Иванович довольно-таки быстро договорился с Савелием об издании нового путеводителя «Остров Кижи», где Савелию предназначалась глава о кижских иконах.

Книга вышла к следующему туристическому сезону. Авторами стали В.И. Смирнов, В.А. Крохин, В.И. Пулькин и С.В. Ямщиков. К редактированию рукописи были привлечены и мы с Виолой.

Реставраторы работали в Кижах уже второй сезон. Мы с Виолой — первый. Мы составляли коллекционные описи на кижские иконы, и Савелий нам очень помогал своими консультациями. Савелий был потрясающе многогранен. Кроме реставраторства, он читал П.Н. Муратова «Образы Италии» (редкое дореволюционное издание), писал статью для кижского путеводителя, одну из статей для Петрозаводского «Комсомольца» (о Фальконе) и готовился к выступлению на карельском телевидении. Кстати, в 1960-е гг. на нашем телевидении не пускали на экран бородатых — Савелий был единственным исключением.

Савелий никогда не отказывался от бесед с экскурсоводами музея на тему древней иконописи Карелии. А однажды он меня поразил тем, что, когда приехали какие-то болгары с плохим знанием русского языка, он взялся провести с ними экскурсию на болгарском. И провёл. Первая жена Савелия Велина Братанова была болгаркой.

При всей колоссальной общительности Саввы он всё-таки был достаточно избирателен. Помню, как наш зав. отделом этнографии Виктор Пулькин, будущий карельский писатель, постоянно обращался к нему или «маэстро Ямщиков», или «месье Ямщиков». И вот однажды Савелий обратился к нему так: «Ситуаэн (гражданин) Пулькин». Виктор Иванович задумался, обиделся, и больше они никогда уже не разговаривали друг с другом.

К Савелию в гости приехали скульптор Гена Ланкинен с балериной Петрозаводского музыкального театра Валей Дорощенко и журналистами из «Комсомольца» Геной Малышевым и Володей Сёминым. Савелий предварительно договорился о рыбе с одним рыбаком, и тот привёз полную лодку-кижанку лососей, сигов, хариусов и судаков. Только мы забрали часть рыбы, Володя Сёмин начал снимать рыбака с его трофеями, рыбак жутко перепугался и рванул мотор. Больше мы его не видели, но рыбки поели вдоволь.

Через несколько дней реставраторы, кроме Савелия с Сармой, уехали в Москву, а мы всей этой компанией приехали в Петрозаводск. Савелий выступал на карельском телевидении. А на следующий день этой же компанией с утра ходили по гостям: были у Владимира Ивановича, были у нас с Виолой, были в мастерской у Гены Ланкинена и вечером завалились в Дом актёра, куда нас не пустили по очень простой причине — мы были уже хороши. И напрасно Савелий доказывал, что он член, мол, четырёх творческих союзов. Не пустили, и всё тут.

К началу нового сезона вышел путеводитель, а Савелий приехал на остров, а заодно и в Петрозаводский музей изобразительных искусств с прекрасной задумкой — сделать в Москве большую выставку, посвящённую живописи древней Карелии. Савелий начал становиться тем будущим Саввой Ямщиковым, который прославит старинное русское искусство на весь мир.

Имя Савелий, по-моему, казалось мелковатым для его друзей и коллег, и они ещё тогда частенько называли его Саввой, а за глаза Савкой.

Савелий приехал с фотографом-художником Станиславом Зимнохом снимать для каталога кижские иконы. Здесь мы столкнулись с одной сложностью. Огромные тяжеленные иконы местного ряда иконостаса Преображенской церкви нужно было вынуть из рамы иконостаса, вынести на крыльцо, провести временную линию электричества и только после этого снимать. Днём это было невозможно. Туристы. Оставалась ночь. Савелий моментально договорился с электриком, пожарными, плотниками-реставраторами. Со мной можно было не договариваться — я был дежурным по музею. Мы все быстро сняли иконы, сфотографировали и поставили на место. После этого нас ждал отличный фуршет на крыльце Преображенской церкви, который устроил Савва.

К выставке был подготовлен не только каталог, но и набор диапозитивов.

В начале декабря 1968 г. иконы в Москву пришлось везти мне. Лёд был достаточно толст, чтобы по нему прошла лошадь с санями, но тонок, чтобы на него сел самолёт АН-2. Поэтому пришлось везти иконы на лошади в Сенную Губу, где самолёт садился на поле. Как сейчас помню эту поездку по прозрачному гладкому льду, под которым, как в аквариуме, была видна жизнь обитателей озера.

В Москве — неожиданное приключение. Меня с иконами встретила машина с рабочими из выставочного зала на Кузнецком, которые погрузили иконы в машину, а мне предложили самому добираться до Кузнецкого. Что я и сделал. Меня там ждали. Стали ждать и иконы. А их нет и нет, хотя прошло уже несколько часов. Директор выставочного зала и главный хранитель в панике. Звонят по всему городу. Нигде нет машины, где она могла бы быть. Я звоню Савелию. Так, мол, и так. — А ты документы у них видел? — Видел. — Ну и ждите.

Уже стемнело. Дело осложняется ещё и тем, что завтра праздник — День Конституции. Ещё той, сталинской. И, о счастье, около 18 часов приходит машина. Грузчики вдрызг пьяные. Сгрузив иконы, обращаются ко мне: — Пойдём с нами в ресторан «Берлин». Отметим. — Вы что, с ума сошли? Кто вас таких пустит? — А мы не в западный, а в восточный.

Оказывается «восточным Берлином» они называли пельменную рядом с рестораном «Берлин». Пришлось пойти.

Выставка намечалась на 28 декабря 1968 г.

Перед отъездом я зашёл к Савелию в мастерские им. Габаря на Большой Ордынке, туда, где перед самой революцией была Марфо-Марьинская обитель. Помните финал рассказа И.Бунина «Чистый понедельник»? По-моему, его забыть невозможно. А теперь там реставраторы. Савелию ещё оставался ряд деловых визитов к чиновникам. Реставрационные дамы рекомендовали ему надеть голубую рубашечку с цветочками и слегка завиться. Что Савелий и сделал. С Богом! Все визиты увенчались успехом.

Мы с Виолой в конце декабря вышли в отпуск и приехали на открытие. Выставка стала крупным событием в художественной жизни страны. И это сделал Савелий.

Он принимал гостей. Рядом стояла Сарма, нарядная, как новогодняя ёлка, о чём я тут же ей ляпнул, ничуть не обидев девушку: — А как же иначе? Ведь на днях Новый год, — ответила мне Сарма. Весь цвет Москвы был на открытии.

Мы познакомили Савелия с выдающимся реставратором, основателем нашего музея А.В. Ополовниковым. Знакомство это Ямщиков поддерживал до трагической гибели Александра Викторовича.

О выставке много писали. Сам Савелий написал о выставке в начале 1969 г. в петрозаводской газете «Комсомолец» в форме интервью со зрителями. Мы тоже были в этом интервью. Было очень приятно оказаться в одной компании с кинооператором Вадимом Юсовым, актрисой Ириной Печерниковой и другими.

А назавтра мы с Виолой были в гостях у Савелия с Сармой в их маленькой квартирке на Симферопольском бульваре. Мы ели какое-то вкусное запеченное мясо с маринованной черемшой, а прямо перед глазами у нас на стене висели два портрета, сделанные Кириллом Шейнкманом: Савелий с первой женой и Савелий со второй женой.

А в Петрозаводске в Музее изобразительных искусств разгорался скандал. Пропала икона из фондов, и директриса, ставленница, естественно, обкома КПСС, обвинила в этом, без всяких оснований, реставратора Ямщикова, работавшего в этих фондах летом.

Прошло некоторое время, и икона была найдена в недрах музейного фондохранилища. Главный хранитель музея была уволена с работы, и Савелий, вроде бы, оказался полностью реабилитирован, но, по-моему, именно из-за этого случая он надолго стал невыездным.

Почти каждое лето Савелий приезжал в Кижи. Жил он не на острове, а напротив, в материковой деревне Ерснево у своего друга Бориса Ёлупова. Там же жили и его друзья, которых он привозил. Мы жили на острове, и к нам он заходил всегда. Ещё на острове он заходил к нашим реставраторам древнерусской живописи. С музейным начальством после Владимира Ивановича дружбы никакой не было больше никогда. Возможно, это случилось где-то году в 1970, когда директором в Кижах был Вилхо Арвидович Ниеми, при котором, по мнению большинства кижан (по моему тоже) был «золотой век». У Савелия же случилось вот что. Он договорился с зам. директора по научной части музея о реставрации икон церкви Лазаря Муромского частным порядком. Отец заместителя был рабочим в музее и по просьбе сына увёз иконы в Москву. Директор же об этом и слыхом не слыхивал. Когда же он получил договор от своего заместителя, тот только узнал, что на реставрацию икон нет ни копейки денег, то есть иконы нужно срочно возвращать в музей. Отказался. После некоторых размышлений в командировку решился поехать я. Конечно, мне было больно и неприятно ехать с мыслями, что после этого я, возможно, навсегда потеряю расположение крутейшего в подобных ситуациях Саввы.

Естественно, что Савва обругал всех музейщиков-кижан пофамильно. К счастью, скальпель реставратора ещё не коснулся икон. Они были только сфотографированы. Мне хотелось как можно быстрее убраться из подвала во Всеволжском. Савелий кое-как упаковал иконы, вызвал такси и кроме того сказал мне, где я могу на Ленинградском вокзале найти рабочих, которые по-нормальному упакуют иконы, и сколько это будет стоить. Я понял, что с Саввой мы не поссорились. На душе стало легче.

Вскоре Ниеми сменила Валентина Матвеевна, дама тоже из партийных кругов, подружка директрисы музея ИЗО. Я как-то пошутил, что Валентине Матвеевне всё равно, чем руководить — музеем или столовой. Свою трудовую деятельность Валентина Матвеевна и впрямь кончила на посту директора столовой Дома политпросвещения. Хорошая, кстати, при ней столовая была.

Савелий приехал снимать наши иконы снова для нового издания и попросил меня представить его директрисе. Савелий приехал с того берега в довольно-таки экстравагантном наряде, и мы пошли в кабинет к Валентине Матвеевне. Она писала какие-то бумаги, похоже, была не в настроении и, не отрываясь от документов, кивнула нам, приглашая сесть. Савелий сел прямо напротив неё довольно-таки близко. Разговор был коротким, пожалуй, только официальное представление московского реставратора. И вот Савелий встаёт и идёт к выходу. Валентина Матвеевна вдруг как-то странно возмущённо закудахтала. Она увидела, что на Савелии короткое красное японское кимоно выше колен, а на спине огромный чёрный иероглиф, похожий на паука. Возмущению её внешним видом наглого москвича не было предела. Дружбы не получилось. А снимать надо. К счастью, Валентина Матвеевна на несколько дней уехала в Петрозаводск, и мы той же компанией в тёплую грозовую ночь всё сняли, что было надо.

Большинство Саввиных гостей на острове заходили к нам: иногда вместе с ним, иногда по его рекомендации.

Тепло и радостно всегда бывало в подвале у Саввы. Здесь собиралась вся элита тогдашнего Советского Союза. И элита эта была самая настоящая, а не полуграмотная охлократная нынешняя. Я с удовольствием вспоминаю сидение за одним столом с такими людьми, как журналист Юрий Рост, художники: Сергей Алимов и Борис Мессерер, Бэлла Ахмадулина; кинорежиссёры Денис Евстигнеев и Юлий Файт; директор Русского музея Василий Алексеевич Пушкарёв, солист балета театра «Эстония» Тийт Хярм, хоккеист Вячеслав Старшинов. Постоянно за столом сидел коллега Саввы — реставратор Сергей Галушкин.

В этом подвале я был свидетелем и некоторых драматических моментов. Я зашёл к Савелию, когда тот говорил по телефону, сел и обратил внимание на некую необычность телефонного разговора. Обычно разговор Саввы по телефону — это длинный монолог, который жутко интересно слушать невольному, а иногда и вольному свидетелю. Здесь же Савва не проронил ни слова, только слушал, багровея и мрачнея. Потом рявкнул одно слово: — Вешать, — и хрястнул трубку на телефон.

Савва сделал великолепную выставку о работе советских реставраторов, которая должна была демонстрироваться в Париже. Кого только не напихали в делегацию. Как выразился Савва: «Одни кэгэбэшники». Савву, конечно же, не пустили — ведь он не выездной. — И вот, ты представляешь, эти чекисты звонят мне сегодня из Парижа и спрашивают: «Савва, что делать с иконами?»

Вскоре Савва со своим неразлучным коллегой Сергеем Галушкиным перебрались в новую мастерскую на Кропоткинской во двор бывшей Поливановской гимназии (теперь там музыкальная и художественная школа) на второй этаж бывшего каретного сарая. Конечно же, это никакой сейчас не сарай. Мне хотелось, чтобы Савелий — Савва перебрался в соседний Савельевский переулок. И переименовывать не пришлось бы.

Сергей Галушкин рассказал: — На днях у Саввы был день рождения. Гидон Кремер приходил со скрипкой. Он играет, а Савва говорит: «Мужики, давайте окно откроем». — «Савва, холодно ведь». — «Ничего пусть они (соседи) хорошую музыку послушают. Им это полезно, сыграй им, Гидон».

Савва решил похудеть. Худел он грамотно. По рекомендациям Института питания. Не пил, не курил, ел творог и, кажется, гречку. Похудел. На телевидении выступал красавец писаный. Но, как мне кажется, именно после похудания он тяжело заболел и лет на десять был выключен из всякой общественной жизни. Общался он с ограниченным количеством людей. Я, приезжая в Москву, всегда звонил ему домой, он выспрашивал кижские и петрозаводские новости, но к себе домой не приглашал, говоря, что он очень плохо себя чувствует, но будет всегда рад, когда, будучи в Москве, я позвоню ему. Что я и делал много лет подряд.

Савва после многих лет физических и психологических страданий всё-таки выздоровел. Ему и его больному брату (да и дочь Марфа была не совсем здорова) очень помогала мама, которая до конца своих дней была с ними.

Воссоединилась с ними и жена Саввы, известная балерина Валентина Ганибалова. За последние пять лет жизни Саввы я не видел более счастливой семьи: Савва, Валя и Марфа. И если до болезни Савва Ямщиков был пропагандистом русской культуры, то после болезни его радение за судьбы не только русской, но и мировой культуры (вспомним историю с «балдинской коллекцией») приобрело подлинное величие в истории нашей страны. Его совершенно заслуженно и справедливо называли «реставратором всея Руси».

А нам с Виолой в Москве теперь стало несколько сиротливо. Там не стало нашего обаятельного, доброго, умного, широко образованного и внимательного коллеги и друга. (Он же — ниспровергатель всяческих авторитетов). Савва присылал нам пригласительные билеты на все открываемые им выставки. Мы получали от него, если не все, то большинство каталогов и альбомов, издаваемых им; красивейшие открытки, которые издавали его друзья, в частности Саша Быков, и вырезки из газет с его статьями. Савва очень хотел, чтобы мы были вместе с ним и поддерживали его во всём.

А теперь о самом главном.

После смерти Саввы Васильевича Ямщикова подобного борца за сохранение культурного наследия России в его первозданной чистоте (это касается не только живописи) в нашей стране нет. И это сознают многие люди искусства.

Я бы мог написать подробно о содержании деятельности С.В. Ямщикова, но не делаю это по простой причине. В 2010 г. в издательстве НО «ИЦ Москвоведение» вышла книга воспоминаний о С.В. Ямщикове, которые собрала и издала журналист «Известий» Гузель Агишева. Савва в них живой, интересный, неприукрашенный. А о значении Саввы Ямщикова в нашей истории говорит само название книги: «РЕСТАВРАТОР ВСЕЯ РУСИ».

Подготовила Татьяна Николюкина
Газета «Кижи», №9, октябрь 2013


http://kizhi.karelia.ru/info/about/newspaper/115/9051.html
Прикрепления: 0325445.jpg(12.3 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Четверг, 26 Июл 2018, 22:29 | Сообщение # 3
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
Гузель Агишева о Савве Ямщикове



https://www.youtube.com/watch?v=I5UyY52YLu0



Ольга Сапожникова
«ТАК ЛЮБИТЬ, КАК РУССКАЯ ДУША...»

“РЕСТАВРАТОР ВСЕЯ РУСИ”. У книги, посвященной Савве Ямщикову, не могло быть другого названия. Этот титул он заслужил всей своей жизнью, насыщенной свершениями.

Ямщиков не давал себе передышки, "служа по России", хотя любой на его месте мог бы сложить руки и спокойно доживать свой век, считая свои болезни достаточным основанием для подведения итогов. Но, как заметил Юрий Люкшин, Савва Васильевич “...был рождён для великой жизни. Жизни, сочетающей в себе небесное и земное, глубокую веру и активную деятельность...”

Савва Ямщиков благодарил Бога за каждый новый день, за каждого нового человека, единомышленника, с которым его сводила судьба. Как пишет Валентин Курбатов, эти люди были "детьми одной страны и одной культуры, и потом передавали его имя, как пароль единства". Поэтому не удивительно, что оглавление книги воспоминаний о Савве Ямщикове большей частью воспроизводит список его собеседников в цикле бесед "Созидающие".

Это Игорь Острецов, Никита Голейзовский, Владимир Сарабьянов, Елена Романова, Павел Аносов, Николай Бурляев, Тамара Юфа, Вячеслав Старшинов, Владимир Васильев, Валентина Ганибалова, Валентин Курбатов, Виктор Правдюк, Игорь Золотусский, Василий Ливанов, Виктор Линник, Валентин Фалин, Георгий Василевич, Игорь Найвальт, Лев Николаев, Валентин Лазуткин…

Умение дружить, собирать вокруг себя людей — уникальное качество Ямщикова. “Нынешние” так дружить не умеют. А о Савве Васильевиче можно сказать словами его любимого Гоголя: “Нет, братцы, так любить, как русская душа, — любить не то чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал Бог, что ни есть в тебе... Нет, так любить никто не может!”

“Никто не сосчитает, сколько нас, обожжённых ямщиковской могучей энергией и неуёмным темпераментом, получивших от Саввы пинка под зад (не отсиживайся, когда Отечество в опасности!), принявших его негромкую, но очень нужную помощь и поддержку в делах творческих и житейских, — говорит Валентин Лазуткин. — Сила его личного примера огромна, поскольку был он великим тружеником. Держал в голове сотни неотложных дел — не личных, а “общества”, постоянно организовывал, пробивал и добивался, сводил для общего дела многих полезных людей, писал от руки предисловия к книгам, каталогам музеев и выставок, подготовленных его друзьями, вёл обстоятельную переписку со своими читателями, телезрителями и радиослушателями”.

Очень показательны слова Саввы Ямщикова, запомнившиеся Аркадию Мамонтову: “Я... вдруг спросил: “Савва Васильевич, зачем вам это нужно?” Он сказал: “Раньше я на всех выступлениях, встречах говорил про Россию неоптимистично, а сейчас думаю — мы поднимемся. Молодёжь идёт, ко мне на выступления по пятьсот человек приходит, и они через наркоту, водку, пьянку идут к нашей истории. К “Абрамцеву” идут, к вере, и они всё равно пробьются. Потому что без исторической памяти нет государства”. Он так сказал это, что меня пробрало, потому что в этом была его сущность: быть ответственным за страну, за её народ — как ни высокопарно это может прозвучать”.

Гузель Агишева, редактор-составитель, не ставила перед собой задачу создать парадный портрет искусствоведа, реставратора, публициста, просветителя Саввы Ямщикова, — ей хотелось, чтобы между строк читателю виделся образ живого, многогранного человека. Не только громогласного, стремительного и безапелляционного, не ищущего лёгкого пути в поисках справедливости "буйного праведника", как охарактеризовал его Игорь Гаврюшкин, но и "большого ребёнка… с искренней, уязвимой, чистой душой", каким увидел Савву Ямщикова Павел Пожигайло.

Это ей вполне удалось — тем более, что здесь, для полноты картины, говорят о Ямщикове и те люди, с которыми он дружил, но кого, по той или иной причине, вычеркнул из своей жизни. Объединяет этих рассказчиков благодарность за годы дружбы, ощущение потери и осознание, насколько преходящи обиды, насколько хрупки и дороги человеческие отношения.

Когда уходят такие люди, как Ямщиков, понимаешь, что этот уход — скорее новое рождение, отмежевание от суеты и многословия. Попрощавшись с ним, мы видим, как постепенно уходит вся шелуха, наша память вычленяет главное и отбрасывает несущественное, чуткой кистью рисуя легенду.

“При жизни у человека есть плюсы и минусы. Но вот он уходит, и ты невольно анализируешь, сколько “за” и “против”, — размышляет Владимир Васильев. — Он оставил после себя много позитива. Много сделал для культуры России. Сейчас его нет, и вроде бы нет этого его радикализма, но уже не хватает неистовства, человека, который может сказать в лицо кому угодно, что он думает по тому или иному поводу. При жизни был перебор, а теперь — не хватает...”

“Жить без него — это значит всем сообща делать то дело, которое делал он,
— говорит Виктор Линник. — Это будет лучшей памятью о нём и самым верным способом заглушить пустоту и отчаяние, что образовались с его уходом”.

Когда-нибудь, открыв эту — самую первую — книгу о Савве Васильевиче, новый читатель не поверит, что он таким был. Здесь ещё слишком много боли, обид, слёз — здесь Савва земной, не всегда справедливый, резкий и неудобный. Такой, каким описал его Игорь Найвальт: “С Саввой было и сложно, и просто. Сложно из-за его детского максимализма, он не признавал нюансов: или чёрное, или белое. И просто по той же причине: если ты свой — безмерная любовь, если чужой — безмерная ненависть”.

Эту безмерную любовь, неистощимую энергию души Саввы Ямщикова, ощущает и Игорь Золотусский: “Он и сейчас продолжает кого-то из нас опекать, кому-то помогать. Начатое им отзывается то в одной, то в другой жизни”.

Создаётся впечатление, что Ямщиков не всё ещё сказал — и поэтому вчерашние его собеседники продолжают разговор, обращаясь к нему, как к живому, ожидая ответа или совета, руководства к действию. И совершенно не вызывает удивления тот факт, что ответ — приходит…

http://www.moslit.ru/nn/1105/9.htm
Прикрепления: 0001658.png(80.6 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Вторник, 09 Окт 2018, 21:35 | Сообщение # 4
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
Исполнилось 80 лет со дня рождения Саввы Ямщикова



80 лет назад родился знаменитый искусствовед, реставратор, пламенный публицист, подвижник - миссионер и служитель, поразительный знаток иконописи Савва Васильевич Ямщиков, эталонный русский интеллигент, посвятивший себя сохранению и восстановлению отечественной культуры.
Человек, фактически в одиночку осуществивший ревизию русского православного искусства - и "открывший" его народу, неестественным образом оторванному от своих корней.

Савва Ямщиков, без преувеличения, положил себя на алтарь русской культуры. Он вновь открыл многих забытых отечественных художников и иконописцев жанра русского провинциального портрета XVIII-XIX веков, отреставрировал более 400 икон, консультировал Андрея Тарковского во время съемок фильма "Андрей Рублев"… и ведь тогда ему было всего 28 лет!

Савва Васильевич не просто принадлежал к феноменально талантливому "поколению 1937-1938 года": Бродского, Высоцкого, Маканина, Распутина, Вен. Ерофеева, Успенского, Вампилова, Крапивина, Ахмадулиной, Проханова и Битова; он был лучшим из лучших, ярчайшим из ярких. Он появился на свет в семье, далекой от искусства: - дед был кузнецом, отец - военным. Любовь к реставрационному делу родилась у Саввы Ямщикова в Марфо-Мариинской обители, где в то время располагались мастерские.

Он открывал для советского человека мир иконы: с трудом получив разрешение, в 60-е годы он устроил уникальную выставку "Живопись древнего Пскова": иконы выставляли тогда впервые с 1917 года . А потом пошли выставки икон одна за другой - из Онежья, Ростова Великого, Кижей…

Даже в "атеистическом" Советском Союзе люди искали свои корни, чувствовали потребность в красоте, тянулись к ней, и Савва Ямщиков с его тонко чувствующей душой помогал обрести ее. А еще Савва Васильевич возвращал в Россию увезенные в годы войны православные святыни. "…Я работаю и живу для того, чтобы это все осталось людям", говорил он.

8 октября мы вспоминали Савву Васильевича и низко кланяемся его памяти.

Мария Воронова,
09.10. 2018. РГ


https://rg.ru/2018....va.html



https://www.youtube.com/watch?v=1Xiqw6D9_-Q
Прикрепления: 1863825.jpg(21.5 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Вторник, 09 Окт 2018, 22:07 | Сообщение # 5
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline

ВЫСТАВКА «МУЗЕЙ ДРУЗЕЙ. 80-ЛЕТИЮ САВВЫ ЯМЩИКОВА ПОСВЯЩАЕТСЯ»

Десять лет спустя, на восьмидесятилетие Саввы, кто-то возможно уже встретился с ним по ту сторону жизни, а кто-то еще творит и пополняет «Музей друзей» новыми «свидетельствами уважения» к нему – через меня и нашу дочь Марфу.

И сегодня в своих работах, посвященных памяти Саввы, художники как бы связаны невидимой объединяющей нитью с его образом. Этот образ ассоциируется прежде всего с его профессиональной деятельностью в области древне-русского искусства, где особо ярко проявилась его любовь к людям творческим, «созидающим», вышедшим из повелецких бараков, как он сам, и из глубокой провинции, которую он любил, защищал и которой посвящал свои труды.

«Русская провинция... Как много значит это понятие не для одной только России, но и для всего человечества!... – убеждает в изначальности нашей провинции, давшей возможность становления русской нации, сотворения ее образа, утверждения самосознания и культурной мощи.
У каждого русского человека свой идеальный образ России, свои наиболее близкие места, свое представление «с чего начинается Родина».
(Савва Ямщиков)

Человеческий диапазон натуры Саввы был необычайно широк. Он, как могучий былинный дуб, собирал под своей кроной людей неравнодушных к болезненным ранам своей страны, людей, на глазах которых гибнет святая святых – наш отчий дом. Некоторые его увлечения, от спортивных до театральных, тоже нашли свое место в его огромном сердце.

Его душа отражается в нашей выставке и вдохновляет ее.

В этой выставке «Музея друзей» участвуют не только друзья Саввы, с которыми его связывает не один десяток лет – корифеи нашей художественной школы, индивидуальный почерк которых сложился в эпоху соцреализма, но и те, чье время пришлось на перепутье эпохи перемен, когда веками создаваемое прекрасное накрыла волна пошлости и стяжательства, и которым Савва вовремя протянул руку помощи.

Я благодарна тем людям, которые поддержали меня в подготовке к этому непростому и очень важному сегодня для нас празднику – юбилею Саввы Васильевича Ямщикова. Это дает надежду на то, что в сегодняшнем, сугубо материальном мире, еще теплится неподвластный времени огонек духовного и прекрасного.



Валентина Ганнибалова

http://pushkin.ellink.ru/2018/exh/exh18/exh26.asp#prettyPhoto
Прикрепления: 4054899.jpg(21.4 Kb) · 9624311.png(3.8 Kb)
 
Валентина_КочероваДата: Вторник, 09 Окт 2018, 22:18 | Сообщение # 6
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
Наблюдатель. Савва Ямщиков. К 80-летию со дня рождения. Эфир 08.10.2018

Гости: Сергей Бархин, театральный художник; Борис Мессерер, театральный художник; Марфа Ямщикова, реставратор, главный искусствовед Межобластного Научно-реставрационного художественного управления Министерства культуры РФ; Александр Горматюк, реставратор.

Ведущая: Фекла Толстая



https://www.youtube.com/watch?v=ANv-aeLv7O8
 
Валентина_КочероваДата: Вторник, 09 Окт 2018, 22:27 | Сообщение # 7
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 6281
Статус: Offline
Савва Ямщиков. Числюсь по России



https://www.youtube.com/watch?v=toi5gH6HQsc

В фильме принимали участие: Владимир Серебровский, Василий Вдовин – художники, Александр Проханов, Валентин Курбатов, Игорь Золотусский – писатели, Владимир Васильев – народный артист СССР, Ирина Антонова – директор ГМИИ им. А.С. Пушкина, Петр Чулков – протоиерей, Валентин Лазуткин – ректор Государственного института телевидения и радиовещаний им. М.А. Литовчина, Марфа Ямщикова – дочь, Валентина Ганибалова – вдова, Павел Пожилайло – председатель Попечительского совета Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры.

Документальный фильм (2009).
 
Форум » Размышления » Биографии, воспоминания » ПАМЯТИ САВВЫ ЯМЩИКОВА
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Савченкова Анастасия © 2018
Сайт управляется системой uCoz