[ Правила форума · Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Размышления » Биографии, воспоминания » НИКОЛАЙ ГРИГОРЬЕВ *
НИКОЛАЙ ГРИГОРЬЕВ *
Валентина_КочероваДата: Понедельник, 01 Янв 2024, 20:30 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 6922
Статус: Offline
НИКОЛАЙ ГРИГОРЬЕВИЧ ГРИГОРЬЕВ
(01.12. 1845 - 1923)


Каким может быть перепад высот человеческой жизни? Разносчик пирожков на рынке, владелец крупнейшей в России колбасной фабрики, поставщик Двора Его Императорского Величества, нищий старик в развалюхе на окраине лесной деревни… А еще – благотворитель, которого помнили на протяжении нескольких поколений – это в советское-то время, вопреки пропаганде о кровопийцах-эксплуататорах, строитель прекрасного храма и… святой мученик. Все это – об одном человеке, купце 2-й гильдии Н.Г. Григорьеве.

Родился он в в деревне Ратманово Угличского уезда Ярославской губернии. Летом его отец занимался обычным крестьянским трудом на земле, а на зиму удалялся на отхожий промысел в Углич, на колбасные заводы.Туда же он отдал в подмастерья своего сына, когда тот вошел в 10- летний возраст, то есть, по крестьянским меркам, стал вполне самостоятельным. Коля оказался мальчишкой неглупым, пытливым, - он не только выполнял свои обычные обязанности, но и присматривался ко всему колбасному процессу. С начальством ему повезло, видя его интерес, шли мальчишке навстречу, разъясняли непонятное, давали попробовать себя на разных этапах производства.

Наступил 1861 год. Бывший крепостной крестьянин оказался полностью свободен. Большинство его братьев по крепостному сословию совершенно не представляли себе, что с этой свободой делать, ведь средства к существованию к ней не прилагались. И инструкция, где их взять – тоже. Многие пустились во все тяжкие, ушли в разбойники, запили горькую, словом, пропали. Николай же выправил паспорт и поехал в Москву. Там он первым делом пошел в Охотный ряд, быстро устроился разносчиком к пирожнику.. Торговал пирожками на улице, заодно присматривался к жизни города, в первую очередь, к торговой. Деньги не транжирил, а копил. И спустя немного времени, в том же Охотном ряду у Николая появился свой колбасный бизнес: за 6 лет работы в Суздале он научился в нем неплохо разбираться. Ему не было еще и 30-т,  а он уже купец-второгильдеец. Охотнорядская колбасная приносит неплохой доход, но в ней становится тесно, тем более, в доме жена Анна Феофановна – дочь первого работодателя, пирожника – и четверо детей .Бизнес явно пора расширять.


Анна Феофановна с невестками

В 1878 г. Григорьев покупает в купеческом Замоскворечье, в районе Ордынки – неработающую, а, фактически, заброшенную колбасную фабрику. Перед предпринимателем открываются новые горизонты. Николай Григорьевич обустраивает фабрику с нуля, по самому последнему слову колбасного прогресса. Первым делом покупает поршневой локомобиль в три лошадиные силы, теперь на самых трудных участках вместо человека трудится водяной пар. И приступает  «производству сосисок и колбас, рубке же мяса, копчению и варке языков. А к концу XVIII в. у Григорьева образцовая фабрика с самым современным импортным оборудованием и мощной динамомашиной. Он не хочет зависеть от гор. электростанции и сам производит электроэнергию для нужд своего производства. Между 16-ю новенькими корпусами носятся вагонетки – ж/д у него тоже своя. Да и в человеческой рабочей силе недостатка нет, крестьянской реформы 1861 г. многие бывшие земледельцы подались в города, составив тем самым друг другу колоссальнейшую конкуренцию, сбивая цены до немыслимых размеров. Но Григорьев не пытается нажиться на своих вчерашних товарищах. За 30 лет существования завода количество рабочих выросло с 11 до 200 чел., и в основном это были крестьяне из родного Ратманова и ближайших окрестностей. Для комфортабельного проживания семейных рабочих и служащих Григорьев скупил несколько замоскворецких домов – поближе к производству.


Двор колбасной фабрики в Кадашах. Фабричный корпус – справа.

На территории фабрики был оборудован жилой корпус на 80 одиноких рабочих. Имелись столовая, прачечная и медпункт. Да и жалование выплачивалось неплохое.  «Фабрика колбасно-гастрономических изделий Н.Григорьева» выпускает 43% всех колбасных изделий Москвы. Одной только колбасы около 30-ти сортов – «брауншвейгская», «берлинская», «ветчинная», «либавская», «булонская», «филейная», «охотничья», «шахматная», «кабанья головка» и мн/ др. Среди них – «углицкая копченая», своеобразная дань своей угличской школе. Ветчины, грудинка, сосиски, венгерское сало, копченый язык, фаршированные гуси, утки, поросята, каплуны. В одной только Москве – 6 крупных фирменных магазинов.


Один из них располагался в д. 10 по Пятницкой ул., в доходном доме самого Григорьева, в котором он и жил. Еще больше – маленьких лавочек. Николай Григорьевич регулярно получал такого рода письма: «Г. Сызрань, июня 30 дня 1902 г. Господину Н.Г.Григорьеву в Москве.Милостивый государь. Правление просит Вас выслать на ст. Сызрань, грузом большой скорости
Колбасы копченой № 1 толстой 20 фунтов.
Колбасы копченой № 1 тонкой 10 фунтов
Колбасы копченой № 2 тонкой 20 фунтов.
Колбасы брауншвейгской 50 фунтов.
Колбасу просим упаковать в один ящик так, чтобы вес всего не превышал 2 пудов, в противном же случае просим колбасы № 2 тонкой и брауншвейгской выслать по одному пуду. Цены просим поставить крайние».


А как-то раз пришло забавное письмо из Торопца: «Вот Вам видно, что я довольно часто от Вас требую колбасы, хотя не в большом количестве… что заставляет меня просить Вас непременно сделать скидку ввиду того, что я в Торопце продаю с очень малой пользой. Если мои просьбы Вами будут не уважены, принужден буду перейти к другой фирме. Во всяком случае, прошу, вышлите еще». Бренд известен не только в России, но и во многих европейских странах. У Николая Григорьевича незапятнанная репутация. Впрочем, одно пятно все-таки существовало. Правда, сам он не имел к нему никакого отношения.

В 1896 г. произошла знаменитая Ходынская катастрофа. В честь коронации Николая II народу на Ходынском поле раздавали коронационные подарки, при этом произошла страшная давка, погибли около 1,5 тыс. чел. и столько же примерно покалечены. Подарок состоял из коронационной кружки, ситцевого платка, бумажного пакета для сладостей, вяземского печатного пряника, филипповской сайки, 300 гр.. дешевеньких лакомств – карамели, изюма, орехов – и 200 гр. колбасы григорьевского производства, что, впрочем, не удивительно – фирма Григорьева была «поставщиком двора Его Императорского Величества». А еще Николай Григорьевич служил старостой и ктитором в церкви Петра и Павла при Московском Сельскохоз. институте. Село Петровское, в котором размещался институт, далековато от Замоскворечья. Но так уж получилось – рядышком располагалась его дача, он был дружен с профессурой института. Щедро одаривал певчих. На свои деньги выполнил кап.ремонт, за что был удостоен подарка, иконы с надписью: «Достоуважаемому ктитору и Благоукрасителю Петро-Павловского при Московском С/Х институте храма Н.Г. Григорьеву от служащих в Институте и сторонних богомольцев институтского храма – в знак благодарности и молитвенных благопожеланий».

Устраивал на собственные деньги праздники для здешних обывателей и дачников, а пруды зарыбил карпом. Добрые дела «колбасного короля», как его называли в Москве, этим не ограничивались. Постоянно помогал деньгами собственной приходской церкви Воскресения в Кадашах, недалеко от фабрики. В брошюре, выпущенной этой церковью, говорилось: «Между прихожанами ее является человек, который за свою любовь к дому Божию, за свои щедрые пожертвования на благолепие его достоин величайшей благодарности и всегдашней памяти в нашей церковной летописи. Это – московский купец Н.Г. Григорьев».
Входил он и в совет церковно-приходского попечительства о бедных, созданного при этом храме.


Освещение храма Николая Чудотворца

Построил храм св. Николая в селе Сергиевском, рядом с родным Ратмановым. Почему же не в самом Ратманове? Все очень просто. По преданию, на этом месте находилась Сергиева пустынь, основанная Сергием Радонежским. Отсюда и название села. Все работы, вместе с внутренним убранством, обошлись в 100 тыс. руб. К крестьянам – и ратмановским, и сергиевским, и другим, живущим по соседству, относился как к родным, помогал в трудную минуту, выдавал приданное бедным невестам, а по праздникам гнал из Москвы тяжело груженые обозы с разными подарками. Большую часть их составляла колбаса и прочие мясные лакомства. Но только не в постные дни – Николай Григорьевич был человеком глубоко воцерковленным.


В Ратманове он выстроил больницу, открыл фельдшерский пункт, принялся было за строительство дороги от Ратманова в Сергиевское, к Никольскому храму, но работы приостановились из-за Первой мировой войны.

В 1917 г. России случилась революция. Судя по всему, Николай Григорьевич не сразу осознал масштаб катастрофы, ведь рабочие любили его, а производство приносило пользу. В 1918 году фабрика была конфискована и закрыта. Константин и Михаил Григорьевы арестованы и отправлены в Бутырскую тюрьму. Все имущество отобрано. Верная супруга Николая Григорьевича, Анна Феофановна, не выдержав случившегося, умерла от горя. Власти не стали убивать Николая Григорьевича, которому к тому времени было уже 75 лет. Может быть, побоялись, что это настроит против них многочисленных рабочих Григорьевской фабрики. Но участь, которую ему уготовали, оказалась едва ли не тяжелее быстрой смерти.

В 1919 г. его выслали в родные места, лишив при этом гражданских прав и настрого запретив местным жителям принимать изгнанника в свои дома и как бы то ни было помогать ему. Фактически приговорили к смерти от голода и холода. В его родном доме в Ратманово жили чужие люди. Одинокий пожилой человек поселился в заброшенной баньке на окраине села Деревеньки недалеко от Сергиевского. Сердобольные жители, конечно, пытались приносить ему пищу, дрова, но власти не поленились проследить за исполнением своего запрета. У баньки они выставили пост из комсомольцев, которые ловили нарушителей. Николаю Григорьевичу приходилось босым, в лохмотьях побираться по деревням, чтобы отыскивать себе пропитание в лесу. Так он прожил целых 3 года.  Осенью 1923 г. местные охотники нашли его тело в лесу. Судя по месту, где это произошло, страдалец шел к построенному им храму – Никольской церкви, которая вот уже год стояла закрытой по воле новых «хозяев жизни». Близ нее его и похоронили – тайно, презрев угрозу преследований. На могиле выложили кирпичами крест. По этому кресту ее и узнал архимандрит Виктор (Захаров), который в конце XX в. получил послушание восстанавливать Никольский храм и заинтересовался его историей.


Стараниями батюшки по благословению архиепископа Ярославского и Ростовского Михея Николай Григорьевич был прославлен в лике местночтимых святых – как мученик, пострадавший в значительной мере за веру и с кротостью пронесший до конца попущенный ему тяжкий крест. Фабрика, оставшись без хозяина, пришла в упадок. В середине прошлого столетия там делали какие-то консервы, но и это вскоре прекратилось.
Милосердие.ру
https://www.miloserdie.ru/article....svyatym
Прикрепления: 7767505.jpg (4.1 Kb) · 3507276.jpg (18.1 Kb) · 2390628.jpg (23.3 Kb) · 0291645.jpg (10.6 Kb) · 5738053.jpg (8.9 Kb) · 4557556.jpg (13.2 Kb) · 9437866.jpg (9.6 Kb)
 

Форум » Размышления » Биографии, воспоминания » НИКОЛАЙ ГРИГОРЬЕВ *
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: