[ Правила форума · Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Размышления » Интервью и публикации » О.ПОГУДИН И Л.ТРАХТЕНБЕРГ НА "RADIO VERA 96.1 FM" (Ванкувер) (03.11. 2014.)
О.ПОГУДИН И Л.ТРАХТЕНБЕРГ НА "RADIO VERA 96.1 FM" (Ванкувер)
Валентина_КочероваДата: Пятница, 07 Ноя 2014, 22:06 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 6104
Статус: Offline
Олег Погудин и Лев Трахтенберг на "Radio Vera 96.1 FM" (Ванкувер)



Ведущие - Александр Герсон и Алексей Тарбеев
Прикрепления: 4575305.jpg(23.4 Kb)
 

Валентина_КочероваДата: Вторник, 14 Апр 2015, 21:03 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 6104
Статус: Offline
О. ПОГУДИН:"Я не выбирал этот жанр. Скорее, это романс меня выбрал"

Интервью с Олегом Погудиным от 03 ноября 2014

Тарбеев А.: Серебряный голос – его так называют. Но мне, честно говоря, трудно определить драгоценность, степень драгоценности этого голоса, поскольку это действительно человек – номер один, что касается романсов, народных песен. И я с превеликим удовольствием представляю – Олег Погудин у нас в эфире. Это действительно уникальный случай. Олег, здравствуйте.

Погудин О.: Здравствуйте.

Тарбеев А.: - Мы бесконечно рады Вас слышать и, конечно, будем бесконечно рады Вас увидеть.

Погудин О.: Спасибо, спасибо огромное. Вот я совершенно растерян сейчас. Я услышал столько добрых слов в свой адрес, что даже не знаю, насколько я в состоянии все их…

Тарбеев А.: Алло.
Герсон А.: Олег.
Погудин О.: Алло.
Тарбеев А.: Да, Вы знаете, что…

Погудин О.: Помехи, помехи были в связи. Но может быть это и ничего. Помехи в связи в данном случае компенсировали помехи в мыслях. Я наверное буду замечать Ваши вопросы лучше, чем (нрзб). Я очень рад быть в эфире, очень рад с Вами беседовать.

Тарбеев А.: Олег, Вы знаете что. Вот мне, наверное, особенно приятно сегодня с Вами разговаривать, поскольку вчера я был в компании, в компании музыкантов, тоже вокалистов, фольклорных музыкантов, которые довольно часто выступают здесь, в Ванкувере. И они мне говорили о том, что они записывали в девяностые годы – в начале двухтысячных на видеокассеты VHS-очки такие, помните, и видеомагнитофоны Ваши выступления с телевизора. Потом их просматривали, и, можно сказать, что они учились у Вас многому и следили за Вашим творчеством. Олег, мне очень хочется спросить, почему романс? Почему именно русский романс?

Погудин О.: Может быть два ответа на этот вопрос. Один такой, знаете, бодрый спортивный. Как отвечаешь на блиц-интервью. Или более серьезно углубленный. Я постараюсь какую-то золотую середину в данном случае выдержать. Я не выбирал этот жанр. Скорее, это романс меня выбрал. Если говорить об исполнителе, есть такой актерский термин, я, собственно говоря, актер по образованию, «психофизика». Ну, не только актерский, но в актерской профессии обладает совершенно конкретным значением. Так вот моя психофизика с романсом совпадает абсолютно. И внешность, и тембр голоса, и манера общаться. Можно сказать, что язык русского романса, городского романса, - это тот язык, на котором я общаюсь и в жизни. Ну, может быть такого нет пафоса, нет каких-то там украшений, обычных бытовых разговоров. Но этот язык действительно мне родной.

Тарбеев А.: Спасибо, Олег. У меня к Вам вот такой вот вопрос. Меня зовут Александра. Я вот что хочу у Вас спросить.

Погудин О.: Очень приятно.

Тарбеев А.: Мне тоже очень приятно, нам очень приятно. Я нашла, когда готовилась к передаче, информацию о том, что Вы родились в семье ученых. Но по мужской линии в Вашем поколении прекрасно пели. Это папа, это дедушка, это кто?

Погудин О.: Из всех, кого я помню, а помню, кстати, немало. Дедушка ушел из жизни всего 14 лет назад, так что в общем-то дожил до глубокой старости. Я общался с ним очень много. И собственно, фамилия Погудин, она как и большинство крестьянских фамилий, она вышла из прозвища. И она означает «поющий» на самом деле, в переводе на современный русский язык. Потому что «погудка» - это песня. И соответственно, я примерно историю семьи (мне помогли в этом замечательные историки, архивисты) могу проследить до 16-го века, до 1500-х годов. Это редко, на самом деле, в России такое возможно. Так вот, видимо родоначальник обладал уже хорошим голосом, что такое прозвище осталось и оно в семье крестьянской, подчеркиваю, прошло через несколько столетий, несколько поколений. Это то, что имеет отношение к дару, то есть то, что нам Господь дает и то, что нас не делает героями, а то, что является каким-то определенным обязательством. И слава Богу, когда мы, хоть в какой-то степени совпадаем с возможностями выполнить эти обязательства. Но во всяком случае, спасибо всем прессам и тому, первому, которые вот это все начал.

Герсон А.: Спасибо. Скажите, Олег, я знаю, что Вы были актером театра БДТ. Правильно?

Погудин О.: Да, довольно короткое время. Три года всего. С 90-го по 93-й год.

Герсон А.: Вы когда работали в театре, Вы там пели?

Погудин О.: Да, но на сцене не пели. Я говорю «мы», потому что несколько ребят с моего курса тогда попали в БДТ, нас было четверо. И вот трое, как раз, очень прилично пели. Но на сцене как раз, это был все-таки драматический театр, на сцене только что доводилось делать, а делать, конечно, доводилось немногое. Я был совсем молодым человеком, мне было тогда 21 год, когда я поступил в театр. Все-таки это были роли достаточно крохотные, проходные, часто без слов. Но некоторые со словами. Это все были драматические спектакли. А вот какие-то шефские концерты, какие-то мероприятия, какие-то на гастрольных поездках выступлениях, там да – там петь доводилось немало.

Герсон А.: Спасибо.

Тарбеев А.: Олег, это опять Алексей. Я вот прослушал то, что Вы сейчас говорили. Все-таки хочется определиться. Вот Вы нам расскажите, пожалуйста, мы сегодня с Александрой говорили о великой школе, наверное, о великих представителях русских поющих актеров. Так вот Вы поющий актер или Вы играющий вокалист – солист?

Погудин О.: Нет, я вокалист, играющий. Причем говорить, в данном случае, не очень корректно, потому что на сцене я один, хотя я стараюсь, не то, что стараюсь, я живу по сценическим законам, по актерским законам. Существует драматургия и каждой отдельной песни и концерта в целом, существуют какие-то наметки постановки, потому что в реальной постановке нет необходимости. Существует концертный костюм, грим, театральное освещение. Наконец, существует и партнер, что совершенно необходимо на театре. Но моим партнером выступает аудитория, публика, а не товарищ актер на сцене. Чего нет из актерской профессии? Нет перевоплощения за редкими, редкими очень исключениями. Как правило, я все-таки работаю от первого лица. И лирический герой в моих концертах совпадает или я с ним совпадаю, вернее так будет, я с ним совпадаю абсолютно. Поэтому я на данный момент, да и, вообще говоря, последние двадцать лет, я исключительно певец, вокалист, но с приличным актерским образование и с владением актерской профессии.

Тарбеев А.: Вот как раз хочется задать вопрос про слушательскую аудиторию. Позволю себе заметить, что она более или менее специфична, и вопрос мой будет вот о чем: Вы начали петь романсы с юных лет. Первый романс Вы спели еще ребенком, по-моему, «Гори, гори, моя звезда», в каком-то из интервью Вы говорили. Это был романс, мы его сегодня услышим.

Погудин О.: Да, да.

Тарбеев А.: Было ли Вам тяжело, когда Вы начинали свою творческую карьеру, когда Вы начинали петь романсы? Существует такое предубеждение, что романс – это некая исповедь, слезы или, наоборот, радость человеков, потрепанных уже жизнью. Уже имевших какие-то отношения. Уже разочаровавшихся в чем-то. В общем, старых ловеласов, давайте я буду грубо говорить. Романс, это для старых ловеласов и разбитных разведенок. Вот так.

Погудин О.: Я бы ловеласов исключил сразу. Если у романса есть какие-то колоссальные преимущества перед другими видами жанровой песни, то это – искренность. Можно, конечно, романс исполнить по-разному. Есть разные романсы. Но самые лучшие, самые достойные, те, которые сохранились на много десятилетий, они как раз очень чистые. Они во многом даже целомудренные. Несмотря на то, что абсолютно откровенные, и страсти, и переживания, эмоции там абсолютно скрытые. Но это, знаете, как открытое сердце. Вот оно бьется, и ты моментально видишь человека насквозь, видишь его душу. С другой стороны, если это сердце схватить открытое, то можно уничтожить сразу что-то прекрасное. Или во всяком случае, причинить достаточно серьезные страдания. Поэтому ловеласа я бы исключил сразу. А дальше, извините, что я перетянул одеяло на себе и сразу с места в карьер начал отстаивать жанр. Но романсы, городские романсы, они как раз написаны большей частью не пожилыми людьми. Некоторые стихи самых известных романсов написаны еще гимназистами юношами. Поэтому романс – определенный штамп, может быть даже сложившийся больше в рамках советской реальности, чем естественным образом. Потому что романс запрещали, над романсом смеялись, издевались. Поэтому его как-то определили в мелкобуржуазную среду, в среду неудачников, в среду потребителей и в мещанство. Вот какие-то такие воздыхания действительно отживших людей, у которых нет никакой перспективы в реальной жизни. На самом деле – это вздор, как и многое в советской идеологии. К сожалению, вздор, который довольно долгое время мешал нормально развиваться разным отраслям жизни, в том числе и романсу. Так вот, мне не было трудно, потому что, повторюсь, моя психофизика совпадает с романсом абсолютно. Для меня это естественный язык.

Тарбеев А.: Олег, знаете что, я в подтверждение Ваших слов, процитирую Вас же: «Русский романс тем уникален и тем необходим русской и мировой культуре, что он обращается к сути человеческих мыслей, чувств, переживаний, к сути жизни, к самому главному, тому, что мы называем словом «любовь». Вот здесь у меня вопрос. Я не про архаику хочу спрашивать, но в какой-то степени. Не чувствуете ли Вы себя, когда Вы выходите на сцену, исполняя романсы, так скажем, экскурсоводом в музее человеческих отношений? Не чувствуете Вы, что может быть Вы несете какую-то просветительскую функцию, рассказывая людям о том, как мужчина в прошлом относился к женщине? Как должно относится, как должно ценить любовь. Это то самое уникальное человеческое чувство, которое пожалуй, на мой взгляд, является самым главным в человеческой жизни.

Погудин О.: Вы замечательный образ выбрали про кого там в музее человеческих чувств. Я даже это запомню и постараюсь присвоить для того, чтобы сказать где-нибудь в других разговорах с журналистами. Да, отчасти, да. Но вот в чем интересная особенность великих произведений искусства в хороших музеях. Мы можем говорить об одном и том же чувстве, об одной и той же эмоции, даже об одних и тех же историях на примере Рафаэля, Микеланджело, Леонардо да Винчи, а потом о тех же самых чувствах, на примере Пуссена или дальше, на примере импрессионистов, Моне или Ренуара, и Сезанна и Ван Гога и Пикассо. И тем не менее, суть-то остается та же. Взгляд на это может немножко меняться. Главное, могут меняться стили, могут меняться одежды, но суть остается та же. Так вот у романса чудесное соединение с сутью. Он действительно свидетельствует о любви, а может быть, немножко это не обычное поведение сейчас, хотя это и не утраченное. Почему романс на самом деле любят? Потому что это не архаический язык, а это язык, на котором мы можем разговаривать сейчас, только немножко поднапрячься, но в принципе, можно.

Герсон А.: Олег, у меня к Вам вопрос:вот в репертуар Ваш входит свыше 500 песен и романсов. В основном, певцы, музыканты, которые исполняют что-то на сцене, у них есть какой-то фокус. Вы, как король романса, вас называют, но тем не менее вы поете и городской романс, и классический русский, и народную песню, и военные песни и многое - многое другое. И даже я слушала вчера в Вашем исполнении песни Булата Шалвовича Окуджавы. Каким образом этот диапазон столь широк и везде одинаково гениален, успешен, столь велик?

Погудин О.: Понимаете, тут опять актерская терминология, ну, не актерская, а общая терминология искусства. Существует лирический герой. Доколи ты с ним совпадаешь, дотоле ты можешь экспериментировать, расширять грани того, что ты делаешь совершенно безопасно, совершенно уверенно. Я повторюсь, но ничего нового я в этом не придумаю, тот лирический герой, которого я вывожу на сцену, с которым я вместе выхожу и которым являюсь на сцене, ему как раз абсолютно естественно говорить языком от Чайковского до Окуджавы. Попытался соединить несоединимое, композитора и поэта в одно понятие, но у Чайковского фантастические мелодии, потрясающие проникновенные романсы, авторы стихов не всегда достигают гения автора музыки, но тем не менее. Да, к чему я все говорю? Потому что у меня все-таки очень серьезные запросы к тексту. Это не обязательно должен быть гениальный текст тех песен, которые я исполняю, но должен быть искренним, он должен быть умный, если не головой, то хотя бы сердцем.

Тарбеев А.: Олег, простите, что я Вас перебиваю. Дело в том, что мы входим уже в режим блиц. Буквально две минуты у нас остается, но очень хочется много задать пиаф.jpgвопросов. Я задаю сразу два вопроса, что касается текста. Мы часто спорим здесь на радио и с нашими слушателями по поводу того, когда произведение становится классическим. Это касается, кстати, шансона. Во многом, ведь некоторые песни сегодня считаются классическими, а еще век назад они считались, так скажем, уделом людей маргинальных. И второй вопрос: какие произведения Вы будете исполнять на концерте в Ванкувере? И что касается иностранных песен, тоже очень важно узнать. Я имею в виду шансон в прямом смысле слова, французские песни будете петь?

Погудин О.: Огромное спасибо, потому что я уже хотел вмешаться и сказать, что шансон для меня – это французская песня определенного временного периода, связанная с великими авторами, все их знают: и Пиаф, и Азнавур, и Монтан, и Брассен, и так далее. Что касается русской каторжной, уголовной, блатной песни. Там действительно есть определенного рода может быть шедевры и очень много мусорного материала. К сожалению, на котором сейчас спекулируют, не хочу об этом долго распространяться, но из тех значительных, с точки зрения творческих произведений в этом жанре, которые существуют, я бы их все-таки отнес в тому жанру русской городской песни, которая в частности включает русский городской романс. Что касается концерта непосредственно в Ванкувере, то будут представлены в основном все-таки русские романсы, это основной жанр, в котором я работаю, жанр, который я люблю бесконечно и больше всего. И мы впервые в Ванкувере, поэтому, как правило, для первого визита мы акцент делаем на русском романсе. Будут еще песни Окуджавы в том числе. Что касается песен на иностранных языках, это пусть останется сюрпризом, потому что мы как правило выбираем соответствующую ситуацию. Ну, я знаю английский более-менее прилично, петь на английском я не очень люблю. Но на французском я люблю петь очень, хотя говорю очень плохо. Но я пою на больше, чем десяти языках, поэтому посмотрим, что будет.

Герсон А.: Олег, последний вопрос. Спасибо большое за Ваши ответы. Уже несколько приземленный, не о Вашем творчестве, но и безусловно не о Вашей личной жизни. Вот вопрос такой, опять же это информация из Интернета, что Вы при том, что собираете колоссальные залы, и человек, которого узнают на улице, но вы очень скромны. Когда Вы приезжаете в какой-то город или в какую-то страну, Вы очень непритязательны, Ваши требования, вот достаточно того, чтобы было все уютно, удобно, комфортно и все. И я совмещу два вопроса в один. Этот и второй: если Вы через год приехали, вот год назад у Вас был тур с Львом по Северной Америке. Сегодня Вы уже выбираете, куда Вам ехать. Это понятно. Почему Вы сказали Льву «да»?

Погудин О.: Но дело в том, что я слышал начало Вашего разговора со Львом. Вы сказали очень много добрых, даже комплиментарных слов, в общем-то все это правда. Лев Трахтенберг умеет работать с артистами. Я за свою 25-летнюю жизнь, гастрольную в том числе, могу понять это довольно быстро. Прошлые гастроли были песней, не долгой, короткой, но совершенно замечательной. Да и эти гастроли идут прекрасно. Мне очень удобно, комфортно работать, и организация и гастролей, и наше бытовое существование в этом туре – они замечательны и достойны всяческих похвал. Поэтому тут все просто. И вообще в гастрольной жизни, первое, конечно, главное – работа, рабочие отношения, но очень важен и личный контакт, важна человеческая честность и порядочность. И все это, в данном случае, в полной мере существует. Так что я очень рад этим гастролям, надеюсь на продолжение нашего сотрудничества.

Герсон А.: Спасибо, Олег. Мы очень ждем Вас, Льва в нашем городе. И очень рады, что это произойдет уже послезавтра.

Тарбеев А.: А можно я от себя тоже добавлю. Друзья, мы еще ждем. Уже Лев Трахтенберг сказал, что приедет Михаил Радюкевич. Я глянул одним глазом в Интернете – потрясающий гитарист, музыкант, так что это будет феерия. Уже послезавтра в Ванкувере. Олег, спасибо Вам большое.

Погудин О.: Спасибо, спасибо, до встречи.

Герсон А.: До встречи.

Тарбеев А.: Увидимся, что называется, и услышимся у нас здесь. Послезавтра приходите на концерт Олега Погудина, любители романса, любители качественного классического вокала. Это будет здорово.

http://veracanada.fm/persony/zapis/558/
 

Форум » Размышления » Интервью и публикации » О.ПОГУДИН И Л.ТРАХТЕНБЕРГ НА "RADIO VERA 96.1 FM" (Ванкувер) (03.11. 2014.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: