[ Правила форума · Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
ДВА ЗАБЫТЫХ ПОЭТА
Валентина_КочероваДата: Понедельник, 17 Окт 2016, 10:25 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 6989
Статус: Online
ДВА ЗАБЫТЫХ ПОЭТА

Не бил барабан перед смутным полком,
Когда мы вождя хоронили,
И труп не с ружейным прощальным огнем
Мы в недра земли опустили.

Ч. Вольф (пер. И.Козлова)

В эпиграфе приведен отрывок из стихотворения Чарльза Вольфа, переведенного поэтом и переводчиком И.И. Козловым (1779 – 1840).
Стихотворение посвящено героической гибели английского генерала Джона Мура в 1809 г. в бою с французами. (Более чем через 100 лет Цветаева перефразирует первую строку в своих стихах о Пушкине: «Нет, бил барабан перед смутным полком…»). И.Козлов принадлежал к известному с XIV в. дворянскому роду, его дед был сенатором. Находясь на гос. службе, он в 40 лет перестал ходить из-за паралича ног и ослеп. Тогда он занялся лит. деятельностью, делал переводы, ему очень помогала его дочь Александра.
Любимая многими русская народная песня «Вечерний звон» – это сделанный Козловым вольный перевод стихотворения Томаса Мура «Those evening Bells». Бывает иногда, что популярными народными песнями становятся иностранные стихотворения в русских переводах. Так, застольная песня «Когда я на почте служил ямщиком» – это стихотворение польского поэта Сырокомли в пер. Л. Трефолева.


Интересно, что знаменитый текст «Утомленное солнце» звучит под музыку композитора Ежи Петерсбурского (1895-1979). Это довоенное польское танго имело название «Последнее воскресенье» (To ostatnia niedziela) и сопровождалось гораздо более драматическими словами, чем русский вариант. Поэтому его иногда неофициально называли «Танго самоубийц», так оно действовало на некоторых экзальтированных молодых людей, потерпевших фиаско в личной жизни. Еще одним примером польско-русских песенных связей служит творчество А.Авдеева (моего первого учителя карате стиля кекусинкай в 70-е). Он давно натурализовался в Польше и, имея филологическое образование в области славянских языков, с успехом исполняет в собственном переводе на польский песни любимого поляками Окуджавы, Высоцкого, а также народные «Мурку», «На Дерибасовской» и т.п. Его можно услышать на youtube.com, набрав alosza.

Возвращаясь к творчеству И.Козлова, отмечу, что, хотя стихи его, в основном, забыты и известны лишь специалистам, быть автором любимой народной песни – это много. Его не надо путать с др. поэтом и переводчиком, П.А. Козловым (1841-1891), 4 апреля этого года исполнилось 175 лет со дня его рождения. В свое время он был очень популярен, его переводы Байрона считались лучшими. Ему принадлежат слова известного романса «Глядя на луч пурпурного заката». Когда-то этот романс трогательно исполнял В.Козин, сейчас поет ОЛЕГ ПОГУДИН. Вот и все про 2-х забытых поэтов, имевших одинаковую фамилию и внесших свой вклад в нашу культуру.
Иван Сербинов
Саннивейл

http://kstati.net/dva-zabytyh-poeta/

ГЕНЕРАЛ ДЖОН МУР ИЛИ ЖЕРТВЫ БОРЬБЫ РОКОВОЙ


16 января 1809 г. при Ла-Корунье, английский экспедиционный корпус выдержал тяжелый бой с французской армией маршала Сульта. Главнокомандующий англичан генерал Джон Мур, подобно Нельсону, получил в бою смертельное ранение: пушечное ядро, попав ему в левый бок, переломало ребра, кости плеча и повредило лёгкое. Он оставался в сознании еще довольно долгое время и умер со словами: «Я надеюсь, моя страна почтит мои заслуги». Дж. Мур действительно оказал родине неоценимые услуги, противостоя французам в Голландии, Италии, Египте, Вест-Индии. В 1808 г. у него был шанс умереть от русской пули - английское правительство послало его на помощь Швеции, которая вела войну против России; однако у генерала возникли трения со шведским королем Густавом IV, и его перевели в Испанию.

  
Англия почтила заслуженного генерала устами поэта Чарльза Вулфа (1791-1823), написавшего в 1816 г. стих. «Погребение Сэра Джона Мура в Корунье», которая начинается со слов:

Not a drum was heard, not a funeral note,
As his corse to the rampart we hurried;
Not a soldier discharged his farewell shot
O'er the grave where our hero we buried...



В 1825 г. оно попалось на глаза поэту и переводчику И.И. Козлову. Этот талантливый человек, которому мы обязаны «Вечерним звоном», в то время переживал тяжелейший кризис: паралич ног и слепота превратили его из блестящего гвардейского офицера в калеку. Но именно физический недуг пробудил в нем поэтический дар. В.А. Жуковский писал о Козлове: «Несчастье сделало его поэтом, и годы страдания были самыми деятельными ума его. Знавши прежде совершенно французский и итальянский языки, он уже на одре болезни, лишенный зрения, научился по-английски и по-немецки, и все, что прочитал он на сих языках, осталось врезанным в его памяти...». Перевод Козлова стих. Вулфа был напечатан под названием «На погребение английского генерала сира Джона Мура»:

Не бил барабан перед смутным полком,
Когда мы вождя хоронили,
И труп не с ружейным прощальным огнем
Мы в недра земли опустили.

И бедная почесть к ночи отдана;
Штыками могилу копали;
Нам тускло светила в тумане луна,
И факелы дымно сверкали.

На нем не усопших покров гробовой,
Лежит не в дощатой неволе -
Обернут в широкий свой плащ боевой,
Уснул он, как ратники в поле.

Недолго, но жарко молилась творцу
Дружина его удалая
И молча смотрела в глаза мертвецу,
О завтрашнем дне помышляя.

Быть может, наутро внезапно явясь,
Враг дерзкий, надменности полный,
Тебя не уважит, товарищ, а нас
Умчат невозвратные волны.

О нет, не коснется в таинственном сне
До храброго дума печали!
Твой одр одинокий в чужой стороне
Родимые руки постлали.

Еще не свершен был обряд роковой,
И час наступил разлученья;
И с валу ударил перун вестовой,
И нам он не вестник сраженья.

Прости же, товарищ! Здесь нет ничего
На память могилы кровавой;
И мы оставляем тебя одного
С твоею бессмертною славой.


Друг Козлова А.Е. Варламов 1801–1848), одаренный композитор-дилетант, положил слова на музыку. В последние годы жизни Варламов работал над серией обработок для голоса с фортепьяно русских и украинских народных песен «Русский певец». (не окончил, вышли 43 песни). Некоторые его песни стали народными («Красный сарафан», «Вдоль по улице метелица метет»).
Творчеством Варламова восхищались многие зарубежные музыканты, в том числе знаменитый венгерский композитор и пианист Ф.Лист. Романс быстро стал популярным, особенно среди офицеров. Россия вела войны с Турцией, начала покорение Кавказа, так что поводов затянуть торжественную печальную мелодию было более чем достаточно. В исполнении духовых оркестров романс превратился в траурный марш. Пели его и казаки.


Предположительно, впервые в качестве военного траурного марша произведение Козлова-Варламова прозвучало на похоронах генерал-адъютанта К.И. Бистрома, умершего в 1838 г. от старых ран. Спустя несколько десятилетий популярную траурную мелодию расслышали и в революционной среде.


В 1870-х годах бедствующий поэт и публицист А.А. Амосов (1854–1915), публиковавшийся под псевдонимом А.Архангельский, написал к ней новые слова, использовав свои два более ранние стихотворения:

Мы жертвою пали борьбы роковой,
Любви беззаветной к народу;
Мы отдали всё, что могли, за него,
За жизнь его, труд и свободу.

Порой изнывали мы в тюрьмах сырых...
Свой суд беззаконный над нами
Судьи-палачи изрекли, и на казнь
Идем мы, гремя кандалами.

А деспот пирует в роскошном дворце,
Тревогу вином заливая,
Но грозные буквы давно на стене
Уж чертит рука роковая...


Получилось душещипательно-пафосно - вполне в революционном вкусе. Очень скоро «мы» заменили на более скромное «вы» (да от лица умерших и петь как-то не очень здорово), сгладили стилистические шероховатости, и на похоронах «жертв режима» повсеместно зазвучало:

Вы жертвою пали в борьбе роковой
Любви беззаветной к народу,
Вы отдали всё, что могли, за него,
За честь его, жизнь и свободу!

Порой изнывали по тюрьмам сырым,
Свой суд беспощадный над вами
Враги-палачи уж давно изрекли,
И шли вы, гремя кандалами.

Идете, усталые, цепью гремя,
Закованы руки и ноги,
Спокойно и гордо свой взор устремя,
Вперед по пустынной дороге.

Нагрелися цепи от знойных лучей
И в тело впилися змеями,
И каплет на землю горячая кровь
Из ран, растравленных цепями.

А деспот пирует в роскошном дворце,
Тревогу вином заливая,
Но грозные буквы давно на стене
Уж чертит рука роковая!

Настанет пора - и проснется народ,
Великий, могучий, свободный!
Прощайте же, братья, вы честно прошли
Ваш доблестный путь, благородный!

 


Н.К. Крупская рассказывает в своих воспоминаниях, что группа русских большевиков-эмигрантов во главе с В.И. Лениным стихийно запела эту песню под впечатлением известия о кровавом воскресенье 9 января 1905 г.: «Собравшиеся почти не говорили между собой, слишком все были взволнованы. Запели "Вы жертвою пали...", лица были сосредоточены. Всех охватило сознание, что революция уже началась... что теперь совсем уже близко то время, когда "падет произвол, и восстанет народ, великий, могучий, свободный...».

Есть свидетельство очевидца, что «Вы жертвою пали...» пели перед расстрелом 19 матросов - участников Кронштадтского мятежа 1906 г. Впервые легально революционный траурный марш прозвучал на так называемых похоронах жертв Февральской революции в Петрограде (23 марта 1917 г.).


После Октября 1917 г. песня была занесена в Германию - немецкий текст под заглавием «Бессмертная жертва» написал дирижер Герман Шерхен, которого Первая мировая война застигла в России.


На мелодии «Вы жертвою пали...» построена 3-я часть 11-й симфонии Д.Шостаковича.



(Третья часть - примерно с 35-й мин.)
http://zaist.ru/news....rokovoy
Прикрепления: 6246526.png (23.5 Kb) · 5350119.png (35.4 Kb) · 3132528.png (26.3 Kb) · 6404226.png (28.1 Kb) · 9028899.png (40.9 Kb) · 0441998.png (19.1 Kb) · 3121403.png (131.0 Kb) · 8702655.png (31.2 Kb)
 

  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: